Читаем Медноголовый полностью

Джон Скалли и Прайс Льюис не проронили ни словечка даже тогда, когда были обнаружены зашитые в их одежде документы, за которые можно было бы повесить даже святого. У Льюиса, англичанина, нашлась карта Ричмонда. На ней была выведена линия построенных Ли укреплений с отметками на месте вероятных редутов и звездообразных фортов. Сопровождавшая карту записка требовала точных сведений как о самих оборонительных сооружениях, так и о насыщенности их артиллерией. Ирландец Джон Скалли вёз в подкладке пиджака письмо без штемпеля, адресованное почётному секретарю Общества поставки Библий в действующую армию Конфедерации. Внутри конверта находились два листка. Один, подписанный «братом во Христе» безымянного почётного секретаря, майором армии США Джеймсом Старбаком, содержал просьбу выполнить задание, изложенное на втором листке; второй же листок настоятельно требовал уточнить последние данные о численности войск генерала Магрудера и гарнизонов населённых пунктов от Ричмонда до Йорктауна.

Джон Скалли, которому было предъявлено письмо, божился, что купил пиджак по случаю и ни о каком письме ни слухом, ни духом. Он широко улыбался, говоря с допрашивающим его майором:

— Увы, майор, ничем не могу помочь.

— Видел в гробу я вашу помощь. — буркнул ражий майор Александер, лицо которого с застывшим навек брюзгливым выражением украшали пышные бакенбарды.

— Будешь отмалчиваться, — бросил он Скалли, — повесим.

— Это вряд ли, майор. Я, понимаете ли, гражданин Великобритании.

— Видал в гробу я вашу Великобританию. — прорычал Александер.

— В другое время я подписался бы под вашим заявлением обеими руками, майор, но при теперешних обстоятельствах вы не найдёте ирландца, испытывающего более верноподданнические чувства к чёртовой Англии, чем я! — ангельски лыбился Скалли.

— Английское подданство тебя не спасёт, не надейся. Повесим, как миленького. — грозился Александер, но Скалли развязывать язык готовности не изъявлял.

На следующий день пришли вести о том, что янки в форте Монро зашевелились. Генерал МакКлеллан прибыл, наконец, к войскам, и Виргиния, трепеща, ожидала могучего удара выступившей из форта Монро огромной армии, что шутя снесёт жалкую горстку солдат, обороняющуюся между Йорктауном и Малберри-Айлендом.

— Ещё месяц, — ободрял Джона Скалли Прайс Льюис, — и мы спасены. Героями будем!

— Если они нас не повесят прежде. — перекрестился Джон Скалли.

— Не повесят. Не посмеют.

— Мне бы твою уверенность. — тяжко вздохнул Скалли.

— Не посмеют, не посмеют. — твердил Прайс Льюис.

Однако день спустя в тюрьме состоялось заседание военного трибунала. Представленные в качестве улик карта Ричмонда и письмо к «почётному секретарю Общества поставки Библий в действующую армию Конфедерации» не оставили у членов суда ни малейших сомнений в виновности подданных дружественного вроде бы государства, и уже спустя час подсудимым был вынесен смертный приговор. Скалли пробрал озноб, а Льюис презрительно бросил:

— Вы не посмеете!

— Уведите. — хлопнул по столу председательствующий подполковник, добавив злорадно, — «Вы будете повешены за шею, покуда не умрёте», псы![5]

Тень крыльев ангела смерти пала на Скалли, и он взмолился к майору Александеру:

— Мне нужен священник! Ради всего святого, майор, приведите мне священника!

— Замолчи, Скалли! — прикрикнул на него Прайс Льюис, но приговорённых тут же развели по разным камерам.

В комнату к Скалли майор Александер принёс бутылку ржаного виски:

— Это, конечно, против правил, Джон, но я подумал, что тебе не помешает хоть как-то скрасить твои последние часы на грешной земле.

— Вы не можете так с нами! Вы не имеете права нас казнить!

— А ну, молчать! — рявкнул Александер.

В наступившей тишине Скалли услышал стук молотков.

— Слышишь? Сколачивают эшафот для вас, Джон. На утро. — мягко произнёс Александер.

— О, нет, майор…

— Линч его фамилия. Это должно тебя утешить, Джон.

— Утешить? — пролепетал Скалли.

— Ну да. Разве тебя не греет сознание того, что повесит тебя другой ирландец? Между нами говоря, старина Линч не большой искусник в своём ремесле. С последними двумя откровенно напартачил. Один был чёрный парень, двадцать минут мучился. Преотвратное, скажу тебе, было зрелище. И дёргался, и обмочился, хрипел, как наждак по стеклу. Ужасно. — Александер сокрушённо покачал головой.

Джон Скалли порывисто перекрестился, закрыл глаза и мысленно воззвал к творцу, прося укрепить его дух. Он должен быть сильным, чтобы не подвести Пинкертона.

— Всё, чего я прошу — это пригласить священника. — выдохнул Скалли.

— Расскажешь нам, что знаешь, Джон, и утреннее мероприятие пройдёт без твоего участия. — попробовал искусить его майор, но Скалли соблазну не поддался:

— Мне нечего рассказывать, майор. Приведите мне священника.