Дорогой Эдик! Мне очень нравится ваше искусство, его чистота, ваша требовательность мастера и Ваша символическая образность, взывающее к припоминанию (парус на море или озере). Я очень люблю в Вас и Галине чувствительных и чистых людей, которыми вы являетесь.

Думаю о Вас всегда дружески, Даниель Леверс

Перевод Натальи Смирновой

Ф. ШАПОН69 – Э. ШТЕЙНБЕРГУ

Париж, 2011

Дорогие друзья!

Я с удовольствием поехал бы на Сотбис и слушал бы Доминика Фернандеса о известном художнике, которого я люблю. С удовольствием посмотрел бы фильм Жиля Бастианелли, а потом и недавние картины.

Но! Увы! Сегодня у меня плохой день: кружится голова, и болит сердце.

Не рискую озадачить Вас своим нездоровьем и сердечной слабостью. Сердце мое, хоть и слабое, бьется рядом с Вами, не сомневайтесь! Вам известно мое сердечное же к Вам обоим расположение и мое восхищение таким тонким и утонченным мастером. Был бы счастлив засвидетельствовать ему свое безоблачное восхищение.

Примите же, дорогие друзья, мои сожаления и уверения в совершеннейшем к вам почтении.

Перевод Натальи Смирновой

Б. КЮППЕРС70 – Э. ШТЕЙНБЕРГУ

Вена–Париж, 2000

1

Дорогой Эдик.

Мне очень жаль, что ты заболел. Надеюсь, что ты имеешь врачей, которые тебе помогают. В Париже, кажется, есть хороший институт, может быть, обратиться за помощью туда.

Я думаю часто о тебе и о Гале. Всегда удивлялся, что Вы мои друзья, несмотря на мою невыразительную жизнь.

Обнимаю Вас.

Вена–Париж, 2008

2

Дорогая Галя, дорогой Эдик.

После встреч, которые мне важны, я часто чувствую неудовлетворение собой. Это так и после свидания с вами. Я был очень рад вас видеть. А сейчас боюсь, что внес досаду своим образом спорить в разговорах. В данном случае опять о Троцком, православной церкви, вашем «славянофильстве» и так далее. В своих внутренних взглядах я более мягкий и нерешительный, чем кажется. Может быть, причина моей страсти к спорам как раз это мое чрезмерное нерасположение к вялому согласию. Надеюсь, что вы это понимаете и не воспринимаете, как будто я безразличен в отношении к тому, что вам важно и что вы переживаете.

Я был рад, когда прочитал в братиславском каталоге твое посвящение, Эдик. Мне очень хорошо, когда ты, Галя, кричишь «Бернар» по телефону и когда ты, Эдик, берешь меня под руку.

Меньше кури, Эдик. Более снисходительно смотри на тривиальность других, Галя. Люблю вас.

Вена–Париж, 2010

3

Дорогой Эдик.

Я слышал, что ты после операции еще очень слаб и трудно тебе дышать. Надеюсь, что тебе скоро будет легче.

На днях здесь началась весна. Внизу дети выбегают из двери церковного здания, кричат, носятся во все стороны без цели, ударяют мяч, толкают друг друга на трехколесных велосипедах. А я наблюдаю, как это прекрасно и какое счастье жить.

Мне очень хотелось бы в один день опять сидеть с Галей и с тобой за одним столом, как однажды в Москве и в последний раз в Вене. А прежде всего, надеюсь, что ты скоро сможешь еще работать.

Пока, привет. Привет и от Антуанет.

Вена–Париж, 10.01.2012–26.03.2012

4

Дорогой Эдик!

Мне очень жаль, что тебе приходится столько страдать. Всегда считал великим счастьем, что мы познакомились с тобой еще в московские времена. Сейчас хотел бы брать тебя под руку, как ты последний раз брал меня на венских улицах. Думаю о тебе и о бедной Гале.

5

Дорогой Эдик.

Я нахожусь в пути по Германии. Завтра буду в Гамбурге. Там с Даниэлем пойду на постановку «Фауста» Гете, в которой один и тот же актер играет роли и Фауста, и Мефистофеля. Но самом деле я хочу встретиться с сыном, потому что беспокоит меня, что он играет в карты в казино, вместо того чтобы серьезно взяться за диссертацию. Что за заботы! Ты, может быть, скажешь.

Несколько дней назад я встретился со своими сестрами и братом, поводом были похороны двоюродной сестры на Рейне. В переполненной церкви протестантский пастор читал из книги Иов и писем Павла, но ни слова не сказал об особенностях умершей, а она была умная женщина с красивой улыбкой. Но все-таки некоторые из присутствующих начали плакать, когда мы пели лютеранские песни.

Мы переночевали у родственников, к которым мы добрались паромом через Рейн. У них нельзя произнести вслух определенные слова, как, например, кухня или обед, потому что собака Майя сразу бежит на кухню или кладет свою морду на стол. Такие слова только можно называть по буквам, значит к-у-х-н-я.

После встречи с сыном в Гамбурге мы с Антуанетой поедем на два дня на остров Северного моря. Там будем гулять по широкому песчаному берегу и наблюдать за чайками и облаками.