Читаем Материалы биографии полностью

И, наконец, третья глава – письма 1990–2012 годов. Последнее двадцатипятилетие, связанное с коренными политическими изменениями в нашей стране, с ее новыми демократическими свободами и нашими географическими перемещениями. Москва поменялась на Париж, а деревня Погорелка – на Тарусу.

Что же касается всех глав этой части, то мне хотелось письма каждого из этих корреспондентов стараться по возможности помещать вместе, часто нарушая общую хронологию, чтобы подчеркнуть протяженность или важность этих отношений в жизни Эдика. Большая доля писем в третьей главе принадлежит иностранным друзьям, многие из которых плохо владеют русским языком, но в силу нашей с Эдиком безъязыкости пытаются писать по-русски. Публикуя их письма, я сочла возможным сохранить все, порою вопиющие, неточности русской речи как свидетельство в потребности непосредственного общения и надежды на доверие, дружеское понимание и любовь.

Глава 1

ПИСЬМА 1949–1954 гг

(Архив Валентины Георгиевны Штейнберг-Алоничевой)

ПИСЬМА АРКАДИЯ АКИМОВИЧА ШТЕЙНБЕРГА ЭДИКУ и ВСЕМ СЫНОВЬЯМ, 1947–1949 гг

1

Лагерь «Ветлосян» – Москва.

Мой дорогой Эдинька!

До сих пор я не писал тебе писем. Но я не писал их тебе не потому, что забыл тебя. Нет, я всегда помню о тебе, а просто у меня не было возможности много писать, и поэтому я в первую очередь писал письма мамочке и бабушке Зине. Теперь, после того, как наша мамочка побывала у меня и рассказала мне о тебе, я решил сразу тебе написать письмо и в дальнейшем писать тебе, а ты обязательно мне аккуратно отвечай. Надеюсь, ты не забыл своего папу и вспоминаешь о нем иногда.

Ты теперь большой, взрослый сын, грамотный, но мне очень больно, что ты вырос без меня, что я не мог быть с тобой эти годы для того, чтобы помочь тебе учиться, а также нашему Бобке.

Бедной мамочке трудно одной, бабушка Зина тоже горюет и не может утешиться, Ясик далеко, в Риге, я на дальнем Севере, в республике Коми. Выходит, что зам.папа – это ты. Выходит, что на тебе лежит обязанность помочь бабушке и мамочке в их нелегкой жизни. А чем ты можешь им лучше всего помочь? Конечно, хорошими успехами в ученье и примерным поведением.

Мамочка мне говорила, что ты хороший, серьезный мальчик. Трудно тебе представить, как я обрадовался, когда услышал от мамочки это сообщение о тебе. Ты ведь уже все понимаешь, в том числе и всю тяжесть условий, в которых я нахожусь, все трудности, стоящие перед мамочкой и бабушкой Зиной. Мне так легко бороться с злой судьбой, зная, что ты твердо стоишь на своем посту. Будь мужчиной, дорогой сынок. Бери пример со своего старшего брата Ясика, который смело проложил себе дорогу к морю и будет штурманом дальнего плавания. Будь же и ты примером для Бориса. На тебе лежит трудная задача – помочь в его воспитании – он ведь моложе тебя.

А когда я вернусь к вам – мы заживем на славу, все вместе, дружной, веселой семьей.

Жду от тебя подробных писем о твоей жизни и ученье, а я тебе в следующих письмах напишу о нашей жизни, о здешней северной природе, о своей работе.

Не горюй, сынок! Будет и на нашей улице праздник! Карамба!

Твой любящий отец, Аркадий.

2

Дорогой Эдинька!

Перейти на страницу:

Все книги серии Очерки визуальности

Внутри картины. Статьи и диалоги о современном искусстве
Внутри картины. Статьи и диалоги о современном искусстве

Иосиф Бакштейн – один из самых известных участников современного художественного процесса, не только отечественного, но интернационального: организатор нескольких московских Биеннале, директор Института проблем современного искусства, куратор и художественный критик, один из тех, кто стоял у истоков концептуалистского движения. Книга, составленная из его текстов разных лет, написанных по разным поводам, а также фрагментов интервью, образует своего рода портрет-коллаж, где облик героя вырисовывается не просто на фоне той истории, которой он в высшей степени причастен, но и в известном смысле и средствами прокламируемых им художественных практик.

Иосиф Маркович Бакштейн , Иосиф Бакштейн

Документальная литература / Биографии и Мемуары / Публицистика / Документальное
Голос как культурный феномен
Голос как культурный феномен

Книга Оксаны Булгаковой «Голос как культурный феномен» посвящена анализу восприятия и культурного бытования голосов с середины XIX века до конца XX-го. Рассматривая различные аспекты голосовых практик (в оперном и драматическом театре, на политической сцене, в кинематографе и т. д.), а также исторические особенности восприятия, автор исследует динамику отношений между натуральным и искусственным (механическим, электрическим, электронным) голосом в культурах разных стран. Особенно подробно она останавливается на своеобразии русского понимания голоса. Оксана Булгакова – киновед, исследователь визуальной культуры, профессор Университета Иоганнеса Гутенберга в Майнце, автор вышедших в издательстве «Новое литературное обозрение» книг «Фабрика жестов» (2005), «Советский слухоглаз – фильм и его органы чувств» (2010).

Оксана Леонидовна Булгакова

Культурология
Короткая книга о Константине Сомове
Короткая книга о Константине Сомове

Книга посвящена замечательному художнику Константину Сомову (1869–1939). В начале XX века он входил в объединение «Мир искусства», провозгласившего приоритет эстетического начала, и являлся одним из самых ярких выразителей его коллективной стилистики, а после революции продолжал активно работать уже в эмиграции. Книга о нем, с одной стороны, не нарушает традиций распространенного жанра «жизнь в искусстве», с другой же, само искусство представлено здесь в качестве своеобразного психоаналитического инструмента, позволяющего реконструировать личность автора. В тексте рассмотрен не только «русский», но и «парижский» период творчества Сомова, обычно не попадающий в поле зрения исследователей.В начале XX века Константин Сомов (1869–1939) входил в объединение «Мир искусства» и являлся одним из самых ярких выразителей коллективной стилистики объединения, а после революции продолжал активно работать уже в эмиграции. Книга о нем, с одной стороны, не нарушает традиций распространенного жанра «жизнь в искусстве» (в последовательности глав соблюден хронологический и тематический принцип), с другой же, само искусство представлено здесь в качестве своеобразного психоаналитического инструмента, позволяющего с различных сторон реконструировать личность автора. В тексте рассмотрен не только «русский», но и «парижский» период творчества Сомова, обычно не попадающий в поле зрения исследователей.Серия «Очерки визуальности» задумана как серия «умных книг» на темы изобразительного искусства, каждая из которых предлагает новый концептуальный взгляд на известные обстоятельства.Тексты здесь не будут сопровождаться слишком обширным иллюстративным материалом: визуальность должна быть явлена через слово — через интерпретации и версии знакомых, порой, сюжетов.Столкновение методик, исследовательских стратегий, жанров и дискурсов призвано представить и поле самой культуры, и поле науки о ней в качестве единого сложноорганизованного пространства, а не в привычном виде плоскости со строго охраняемыми территориальными границами.

Галина Вадимовна Ельшевская

Культурология / Образование и наука

Похожие книги