Читаем Мать ученья полностью

— Эм, я, наверное, согласилась бы выйти и душой, если б это было возможно, — неуверенно сказала Тайвен. — Ну, то есть, мне жаль старую Тайвен, но, если честно… она ведь дурочка.

Зориан едва успел подавить улыбку.

— На самом деле, мне это не под силу, — сказала Тайвен. — Я даже не смогу выжить после зелья духовного зрения Сильверлэйк, что уж говорить о захвате тела. Так что да, физический перенос — мой единственный шанс.

Зориан медленно кивнул. Вообще-то это касалось большинства путешественников. Те, кто не имел опыта магии душ, просто не переживут духовного переноса. Те же, кто владел магией душ — будут уничтожены оригиналами при попытке захватить тело. Кроме самого Зориана, шансы были только у Каэла, Ксвима и Лукава. И Ксвим, как и Каэл, уже отмел мысль отнять жизнь у самого себя.

— Мы и планируем именно физический перенос, — сказал Зориан. — Перенос душ — вариант на крайний случай.

— Да, но ты сам сказал, что шансы невелики. Даже не пятьдесят на пятьдесят, — напомнила Тайвен. — Так что да, надежда есть, но какая-то тусклая. Ты еще, поди, приукрасил расклад, чтобы нас успокоить?

— Ничуть не приукрасил, — помотал головой Зориан. — Скорее приуменьшил шансы. Думаю, у нас получится.

— Меня кое-что смущает, — сказал Каэл. — Мы столько сил отдали, чтобы вырваться из петли, но что будем делать, если у нас получится? Если мы выйдем в реальный мир со всеми новыми знаниями и умениями?

— Защитим Сиорию от вторжения? — предложила Тайвен, подняв бровь.

— Ну да. А потом что? — спросил Каэл. — У нас впереди целая жизнь, но мы в ней лишние. Бросишь семью и друзей, начнешь все с нуля? Или плюнешь на последствия и полезешь в старую жизнь? Что, если кто-то доложит властям? Как ты объяснишь, что тебя стало две?

Тайвен зябко поежилась.

— Не знаю, — призналась она, прикусив губу. — Честно говоря, я стараюсь не думать об этом. Я довольно импульсивна, так что даже если приму решение — могу его потом нарушить. Так что нет смысла об этом думать. Надеюсь, когда придет время, я что-нибудь придумаю. Я не хочу поломать жизнь старой Тайвен, но… не знаю. А вы как?

— У меня нет особых привязанностей, — пожал плечами Каэл. — Покуда Кана со мной, остальное неважно. Наверное, передам оригиналу свои алхимические журналы и пойду куда глаза глядят. Но не уверен, что остальные поступят так же. Может быть, Сильверлэйк и Аланик. Остальные же? Явно найдутся те, кто не остановится ни перед чем, чтобы вернуть свою прежнюю жизнь.

— Честно? Не думаю, что смогу остаться в стороне, — признал Зориан. — Я постараюсь «вырастить» из оригинала что-то получше. Научить его тому-другому, подтолкнуть к Кириэлле, и далее в том же духе. Не самый честный подход, но вместе с манипуляцией будут уроки магии и другая помощь. Но отбирать его место я точно не буду. Если окажусь лишним — я найду, чем себя занять.

— Как я уже говорил, не уверен, что остальные подойдут к вопросу столь же спокойно, — заметил Каэл.

— Да, я знаю, — кивнул Зориан. — Мы с Заком специально не стали поднимать этот вопрос — тут просто не найти общего решения, что ни реши, все равно найдутся несогласные. А то и активно несогласные. В худшем случае, если кого-то совсем не устроит общее решение, вся группа может развалиться. Лучше уж сосредоточиться на текущих задачах, а эту проблему оставить на потом.

Несмотря на все их усилия, группа все равно понесла потери. Пару циклов назад двое профессоров, приглашенных по рекомендации Ксвима, решили, что больше не выдержат, и попросили удалить их маркеры. Вдобавок одна из Просвещенных Поборников стала впадать в истерики и бросаться на остальных, так что другие аранеа попросили исключить ее из группы. Зориан не знал точно, что послужило причиной, но остальные Поборники примерно в это же время обрели духовное восприятие — судя по всему, результат тайного коллективного обряда. Он не стал допытываться ради поддержания единства.

Сейчас же настал последний цикл действия временных маркеров, и нервы путешественников были натянуты до предела.

Оставалось лишь надеяться, что никто не сорвется… слишком сильно.

Заклятья не держатся долго. Даже самое стабильное заклинание, вдосталь заряженное маной, рассеется через пару часов — если его не заякорить. В этом и крылась проблема усиливающих ритуалов. Для постоянного эффекта требовался якорь.

Проблема была куда серьезнее, чем могло показаться. Наносить на свою кожу магические знаки — крайне плохая идея. Живая плоть скверно реагирует на большие объемы маны, даже своей собственной. К тому же, такой якорь очень легко повредить, что приведет к непредсказуемым последствиям. Сбои заклятий опасны даже в нормальных условиях, что уж говорить о случае, когда разрушающееся заклятье завязано на тело мага.