Он посмотрел на свою культю, подумал немного и снова побежал вверх по лестнице. Сначала нужно спасти Содара. Единственного человека, который ни разу в жизни его не предал. Не важно, что заставило старика изменить свои планы, главное – он вернулся, не бросил Аннева на произвол судьбы. И будь Аннев проклят, если не отплатит Содару тем же.

Он преодолел с дюжину ступеней, когда сверху раздался лязг металла и человеческие крики. Шум приближался, и Аннев, развернувшись, слетел по лестнице и, нырнув в спасительную темноту коридора, помчался во весь дух.

Он чувствовал себя трусом. Вместо того чтобы броситься в бой, он со всех ног улепетывает от опасности. Не похож он ни капли ни на Бреатанаса, ни на рыцарей Гальциона, о которых Содар ему столько рассказывал. Те славные ребята и в голом виде ринулись бы в гущу врагов, круша их чудовищные черепа факелом, пока бы не подвернулось более подходящее оружие. А Бреатанас тем временем прорвался бы наверх, спас своего наставника, всю деревню и любимую женщину, и те люди, что презирали его и желали ему смерти, воздали бы ему хвалу и в почтении склонили перед ним головы. И никому не было бы дела, есть на нем штаны или нет.

Но куда там Анневу до Бреатанаса или рыцарей Гальциона. Он и в оруженосцы-то им не годится. Он уже даже не мастер-аватар, а всего лишь перепуганный мальчишка с одной рукой.

Пока он бежал, коридор сделался шире, потом сузился, а после поворота снова стал заметно шире. Аннев ни разу не остановился и не сбавил скорость, продолжая подгонять себя до тех пор, пока свет от факела не выхватил из темноты темно-серую дверь из железного дерева.

Аннев подбежал ближе и увидел, что коридор превратился в просторный зал, а размеры двери, издалека показавшейся громадной, в действительности совершенно устрашающие. Почти двадцати футов диаметром, идеально круглая, она была отполирована до блеска. В центре ее был вырезан почти шестифутовый глиф. Аннев поднял факел повыше, чтобы как следует его рассмотреть.

Знак представлял собой букву «Х», на верхней части которого стояла перевернутая «V», по длине соответствующая половине «Х». В нижней части была нарисована круглая «О», из-за которой изображение целиком напоминало открытый глаз. Аннев знал этот символ: «Х» – это два треугольных куска дерева, поставленных друг на друга, обозначают т’расанг; перевернутая «V» – это люмен, пламя, объявшее дерево; а «О» – воздух, что питает пламя, кваир. Символ созидания и разрушения, богов и Лукватры, всех в мире элементов, слившихся в один.

Аклумера.

Вот оно, Проклятое хранилище. В нем можно временно укрыться и подыскать какое-нибудь оружие. Аннев осмотрел дверь, но не нашел ни ручки, ни замка, лишь крошечное отверстие в центре символа аклумеры. Осталось подобрать ключ. Среди тех, что висели на кольце, Анневу бросился в глаза самый странный – всего-навсего палочка из железного дерева, совершенно гладкая, и на ключ-то не похожая. Еще раз окинув дверь взглядом и убедившись, что ничего похожего на замочную скважину в ней больше нет, Аннев осторожно сунул палочку в отверстие. Когда палочка погрузилась полностью, раздался громкий щелчок, и Аннев отскочил назад – на всякий случай.

Но ничего не произошло.

Он вернулся, сунул палочку в скважину и попробовал провернуть.

Снова ничего.

«Так, думай. – Он прислушался, не идет ли кто, но кругом стояла тишина. – Ключ подходит, но не поворачивается. Но как открыть дверь ключом, который не поворачивается в замочной скважине?»

Он растерянно почесал щеку, как вдруг замер, пораженный догадкой, и улыбнулся.

«Да ведь это не ключ! – Он прижал к основанию палочки большой палец. – Это обычный артефакт… как мой фонарь».

Он сосредоточился, представляя себе, как дверь открывается.

В следующее мгновение пол под его ногами мелко задрожал; за дверью раздалось тихое жужжание какого-то непостижимого механизма. На блестящей поверхности, рассекая глиф надвое, проступила трещина, которая начала увеличиваться; наконец обе половины двери, словно гигантские створки, распахнулись внутрь. Ключи со звоном упали на каменный пол.

Аннев переступил порог и, положив факел, поднял ключи. Едва он надел кольцо на запястье, как двери начали закрываться, угрожая его раздавить. Он быстро прошел внутрь и тут вспомнил, что остался без света. Он бросился назад, но факел уже почти вытолкнуло наружу движущейся створкой. Аннев сунул было руку в щель, но тут же отдернул – слишком поздно. Двери затворились.

«Ну что ж. – Аннев медленно развернулся. – Посмотрим, во что я вляпался на сей раз».

Глава 65

Его взору предстала каменная стена, край которой был подсвечен оранжевым. Пока Аннев наблюдал, сияние переменило цвет на ярко-желтый, затем на призрачно-зеленый, а потом вспыхнуло фиолетовым. Аннев подошел и выглянул из-за стены.