Читаем Мастер артефактов полностью

Из туннеля хлынул поток воды, но Кьяра даже не подняла головы, продолжая рассматривать свои руки. Еще в начале лета это были красивые руки здоровой, энергичной женщины, но всего за несколько месяцев магия высосала их жизненную силу. За это время Кьяра сильно похудела, почти высохла, и кожа на ее руках из розовой превратилась в пепельно-серую. Такова была кара за владение магией, – кара, которую госпоже знающей много, очень много лет удавалось избегать.

Плата за некромантию оказалась еще выше: под тонкой полупрозрачной кожей, обтягивающей пальцы, просвечивали белые кости; глаза глубоко ввалились. Теперь Кьяра даже отдаленно не напоминала импозантную Серую леди Академии – это прозвище когда-то дали ей ученицы и знающие жены – и походила, скорее, на некроманта или лича.

Но она сама сделала этот выбор.

Когда поток воды иссяк, Кьяра, ступая меж распластанных тел, двинулась к туннелю, который вырыли для нее некраты. Кроме феурогов, землю усеивали и раздувшиеся трупы ферруманов и магов, напоминая о находчивости и безжалостности Кентона, отразившего нашествие воителей Круитхара.

Кьяра вошла в туннель и, подняв над головой факел, направилась в самую глубь, где находился потайной ход в Хранилище, которым пользовался Кентон.

– Приветствую, верховная жрица Киаран.

– Ты! – ошеломленно пробормотала Кьяра, вглядываясь в полумрак Хранилища. – Почему ты до сих пор жива? Прошло уже несколько недель… как ты выжила?

Долин спрыгнула с носилок, на которых сидела, и взмахом руки указала на котелки, стоявшие у бассейна с аклумерой: один – оловянный, второй – из известняка.

– Тот, что из металла, – пояснила она, – печет ячменные лепешки. Суховатые, правда, но есть можно. А в каменном всегда есть вода. А тот черный, – она показала куда-то за спину, – служит мне отхожим местом. Понятия не имею, куда он все это девает, но даже запаха не остается. – Долин потянулась и направилась к жрице. – Кого мне благодарить за свое дивное заточение? Тебя?

– Нашего мастера проклятий. Он сказал, что все маги и ферруманы утонули, но не увидел, что ты спряталась в Хранилище. Эти стены непроницаемы для магии.

– Так ты не знала, что их привела я?..

– Я не прибегаю к магии по любому поводу, Долин. Ты и сама знаешь, как высока плата за нее.

Долин вытянула руки ладонями вверх:

– Знаю, Киаран. Очень хорошо знаю.

Кьяра в изумлении уставилась на красные шрамы:

– Так, значит, ты коснулась… Длани Кеоса.

– Да. Сосуд пришел ко мне и спросил, могу ли я снять ее. Я попыталась – и у меня ничего не вышло. И вот мое наказание. – Долин опустила руки. – Я могла бы просто убить его и забрать Длань, но дух Круитхара меня остановил.

Кьяра хмыкнула:

– Ты хочешь сказать, что испугалась, как бы он не сжег тебя и пол-Банока в придачу.

Долин кивнула:

– Нападать на него было неразумно. Я попыталась убить его незаметно, но не совладала с арбалетом – очень болели руки от ожогов. К тому же он находился в окружении служителей других богов.

Кьяра не удивилась, поскольку знала: жрецы и новых, и древних богов непременно потянутся к сосуду.

– Ты и не могла его убить. Ему предначертано выковать меч искателя и положить конец Молчанию богов.

– Ему – или его руке? Не все верят столь же слепо, что и ты, Киаран. И служу я Круитхару, а не Тахарану, и, каковы бы ни были намерения твоего бога, содействовать им я не стану.

– Хочешь сказать, что намерения Круитхара тебе по душе? – вспыхнула Кьяра. Терпение знающей было на исходе. – Сначала вы черпаете оскверненную аклумеру из недр под Шаенбалу, чтобы создать этих богомерзких ферруманов, а потом, потерпев неудачу, бросаете этих уродцев на произвол судьбы.

– Они были несовершенны. И знали, на что идут.

– Вы настроили против нас Янака Харта, – не успокаивалась Кьяра, разъяряясь все больше, – и зачем? Из-за этого? – Она кивнула на колодец, содержащий в себе жидкую магию. – Но ты ведь и сама знаешь, что нельзя использовать аклумеру для создания оружия или чего бы ни было еще. Это запрещено!

– Но сосуд использует ее, чтобы создать свой меч. – Долин насмешливо фыркнула. – Ты лицемерка, Киаран.

– Сосуд несет на себе Длань Кеоса. Он единственный, кто способен избегнуть ее смертоносности. Ты и сама видела, на что способна аклумера. Ты знаешь, как она умеет искажать все живое и убивать.

– Но я видела и другое. Я видела, как она превращает обычных солдат в големов! И ни я, ни Круитхар не станем отрицать ее чудодейственной силы.

– Дурочка, – сказала ей в сердцах Кьяра. – И упрямица, как и все эти твои железорожденные.

Она вдруг умолкла, только что заметив лежавший на носилках труп.

– Это Брайан?

– Он… он привел меня сюда, – призналась Долин.

– Ты обманом заставила его привести тебя сюда.

– Но у меня не было выбора, – запротестовала Долин. – Сосуд ушел из Банока, но велел Брайану мне помогать – и тот помогал. Он был очень хороший.

– Да, – согласилась Кьяра, – у Брайана было доброе сердце. И ты не преминула этим воспользоваться.

Долин оглянулась на носилки: