Читаем Маска Локи полностью

Среди звона упряжи, фырканья и ржания лошадей, постукивания кольчуг о ножны и седла, только Томас Амнет сохранял безучастность. Со своим походным набором порошков и эссенций под плащом он шагал прямо на восток, прочь от суматохи сборов.

— Хозяин? — крикнул ему вдогонку Лео. — Куда вы идете?

Амнет посмотрел на него через плечо и неопределенно махнул рукой.

— Посторожить вашего коня?

Амнет кивнул, не заботясь о том, понял ли его Лео. После чего, уже не оборачиваясь, зашагал в пустыню. Шипы колючих кустарников цеплялись за плащ и обламывались об юбку кольчуги.

Он услышал, как кто-то спросил равнодушно:

— Куда это Томас направился?

К тому времени, как человеку ответили, Амнет уже был далеко и ничего не слышал.

После того, как он отошел на двести шагов, даже тяжелый грохот копыт королевской армии на марше затерялся в шепоте восточного ветра.

Он спустился на берег пересохшей «вади», изгибы и рукава которой теперь были засыпаны песком, но растительность еще сохраняла некоторую пышность. Амнет укрылся под навесом крутого берега и проверил ветер. Воздух здесь был совсем неподвижен.

Он разровнял песок и выложил свой сверток. Неподалеку торчало несколько колючих кустарников, высушенных солнцем, и он с изрядным усилием нарвал охапку жестких веток с сухими листьями. Когда он разломал эти ветки на мелкие щепки, его руки были все изрезаны колючками.

Вернувшись на расчищенное место, он сложил щепки для костра. Из свертка достал маленькую реторту из толстого зеленого стекла, сосуд с масляным экстрактом трав, из которого он получал густой дым, и линзу для разжигания огня. Последним он извлек Камень в кожаном чехле.

Встав на колени в тени берега, Амнет выкопал небольшое углубление в песке рядом с кучей щепок и положил туда Камень. Он налил масляно-травяную смесь в реторту, которую установил на щепках. С помощью линзы он разжег беловатый огонек среди скрученных листьев и раздул из него маленькое бездымное пламя.

Пока огонь набирал силу, Амнет скинул свою белую мантию и расположил ее на вытянутых руках в виде навеса, закрепил внизу камнями. Таким образом он укрыл огонь и Камень от любого случайного ветерка и солнечного света.

Потом он присел на корточки и стал ждать.

Смесь в реторте со свистом испустила облачко жирного дыма. Аромат фимиама и мирра достиг лица Амнета. Жидкость зашипела и выпустила длинную струйку дыма, смешанного с паром.

Амнет изучал изгибы и складки пара, пытаясь отыскать что-то в неясных очертаниях.

Он начал различать очертания щек, изгиб усов, провалы глазниц. В клубах испарений возникало то самое лицо, что стояло перед мысленным взором Томаса все эти месяцы. Сначала Томасу почудилось что это лицо Саладина, самого выдающегося из сарацинских полководцев и фактического правителя коренных жителей Ближнего Востока. Этот человек фигурировал бы в любом пророчестве Амнета, касающемся тамплиеров, Французского королевства Иерусалим или земель, лежащих между Иорданом и морем. Такое толкование призрачного видения напрашивалось само собой, если бы не тот факт, что Амнету и без того со дня на день предстояло лицом к лицу встретиться с Саладином из плоти и крови, а не из дыма.

С новой струей пара и масляного дыма левая глазница на лице начала как бы пухнуть и увеличиваться, в ее глубине стало зарождаться некое сферическое тело. Оно разрослось и превратилось в непрозрачный шар из плотного дыма, гладкий и белый, как полная луна. Это уже был не глаз. Первоначально глаза на этом лице отличались очень темными зрачками; они сверкали черными вспышками скрытого смысла и угрозы. Этот же глаз был словно покрыт катарактой белесого дыма. Внезапно белое глазное яблоко начало вращаться в своей глазнице.

Извилистая струя дыма стала рисовать четкий силуэт на поверхности шара. Амнет не мог ничего понять, пока его внимание не привлекло очертание, похожее, на сапог. Это было изображение Италийского полуострова на карте Средиземноморья. Справа возникали и двигались на запад висящее вымя Греции и выпирающий огузок Малой Азии. Эти образы были подвижными и текучими, как исторические границы империй и доминионов, сфер влияния и гегемоний.

Продолжая вращаться, шар вынес вперед морщинистую землю под Малой Азией. Глобус продолжал разрастаться, мелкие детали становились отчетливыми. Вот изгиб Синая. Вот впадина Мертвого Моря, широкая грудь Галилей и прямой клинок реки Иордан.