Читаем Маршалы Сталина полностью

Безусловно, этот шаг не стал неожиданностью для польского руководства. 6 ноября 1949 г. на совместном заседании Государственного совета и Совета министров президент Польши Болеслав Берут сделал следующее заявление: «Принимая во внимание, что маршал Рокоссовский является поляком по национальности и пользуется популярностью в польском народе, мы обратились к советскому правительству с просьбой, если это воз-можно, направить маршала Рокоссовского в распоряжение польского правительства, для прохождения службы в рядах Войска Польского.

Советское правительство, учитывая дружественные отношения, которые связывают СССР и Польшу, и принимая во внимание то, что маршал Рокоссовский предоставил право решения этого вопроса советским властям, выразило согласие удовлетворить просьбу…»

Все произошло так, как и обещал Сталин: Рокоссовскому было присвоено звание маршала Польши, он был назначен на должность министра национальной обороны, а кроме того, стал членом политбюро ЦК ПОРП. В своем первом приказе по Войску Польскому 7 ноября 1949 г. Константин Константинович писал: «Мне выпало на долю в течение многих лет служить делу трудящегося народа в рядах героической Советской Армии.

Волею военной судьбы я был командующим тем фронтом, в составе которого героически сражались воины создающегося народного Войска Польского… Я, как бывший командующий фронтом, и как поляк, горжусь значительным вкладом, внесенным Войском Польским вместе с Советской Армией в дело разгрома фашизма и освобождения народов…

Во исполнение обязанностей, возложенных на меня страной и президентом, во исполнение обязанностей перед польскими трудящимися и польским народом, среди которого я вырос и с которым всегда чувствовал себя связанным всем своим сердцем, а также перед братским советским народом, который воспитал меня как солдата и полководца, я принимаю доверенный мне пост, чтобы все свои силы посвятить дальнейшему развитию и укреплению нашего Войска Польского и обороны Польской Республики».

Началась напряженная работа. О некоторых ее сторонах вспоминал позднее тогдашний начальник Генерального штаба генерал брони Ф. Сивицкий: «Задачи, которые ставил маршал Рокоссовский Генеральному штабу, а также другим военным учреждениям, касались прежде всего количественного и качественного развития вооруженных сил, боевой подготовки, создания надежной мобилизационной системы, а также оперативного оборудования территории страны. Именно в те годы была развита и полностью модифицирована организационно-боевая структура армии. Совершенно новым качественным элементом этой структуры стала, в частности, организация танковых корпусов. Значительно увеличилось количество войсковой и зенитной артиллерии. Был создан новый вид вооруженных сил — войска ПВО. Быстро прогрессировала авиация, которая с 1951 года начала оснащаться все более современными реактивными самолетами. Развивался военно-морской флот. О масштабе организационных мероприятий на этом этапе развития армии наглядно свидетельствует факт, что в 1955 году по сравнению с 1949 годом число танков и противотанковых орудий увеличилось в шесть раз, зенитной артиллерии — более чем в четыре раза, самолетов — более чем в четыре с половиной раза, автомашин — почти в четыре раза. Организационные изменения шли параллельно с напряженной боевой подготовкой войск, командиров и штабов, дальнейшим совершенствованием их мастерства и взаимодействия родов войск в рамках новой структуры Войска Польского. Практически заново была создана система мобилизационных мероприятий страны, причем особое внимание уделялось их перспективному планированию. С учетом интересов обороны страны проходила модернизация сети железнодорожных и автомобильных путей сообщения, системы государственной связи. На побережье велись работы по развитию морских портов и укрепленных районов. Согласно с планом повышения обороноспособности, при активной помощи Советского Союза, началось создание отечественной оборонной промышленности».

Уже через два года маршал Рокоссовский имел все основания заявить, что «никогда еще в Польше не было такой армии, как наше народное войско».

Нелегко было Константину Константиновичу. Было бы глубоко ошибочно изображать его пребывание в Польше в пастельных тонах. Маршал не мог не понимать, что его необычное назначение не было лишь актом доброй союзнической воли, но и играло свою роль в сколачивании Сталиным просоветского «восточного блока». Как солдат, он с неудовольствием относился к активной деятельности советских спецслужб, в частности, имел тяжелый конфликт с полковником Вознесенским, представлявшим МГБ в Войске Польском.