Сама штольня представляла собой нечто вроде большой пещеры. Наверно, те, кто прятал здесь картины, предполагали, что в этой каменной выемке будет сухо. Но, увы, местами здесь сочились по трещинам грунтовые воды, температура колебалась, а регулирующие установки к тому времени, когда были разысканы картины, уже не работали.

Картины (а их в этой пещере оказалось около семисот) были размещены довольно беспорядочно. Некоторые обёрнуты пергаментной бумагой, другие упакованы в ящики, иные же просто-напросто прислонены к стенам. Конев прошёл всю эту пещеру и впервые увидел многие из тех шедевров живописи, которые можно было видеть лишь в залах Дрезденской галереи. Там была и «Сикстинская мадонна». Несколько минут стоял он перед ней, всё ещё не до конца веря собственным глазам...

Беспокоили сырость, грунтовые воды. Ещё больше встревожился Конев, когда узнал, что наши сапёры обнаружили в штольне мины. Правда, они были уже обезврежены, но, кроме этих, могли оказаться и другие. Маршал приказал немедленно произвести дополнительную проверку и вызвал батальон для охраны сокровищ. Иван Степанович там же, в штольне, распорядился найти другое место, и все картины были переправлены в сухое и надёжное помещение. Таковым оказалась одна из летних резиденций саксонских королей, располагавшаяся на зелёной окраине Дрездена.

Вызванные из Москвы специалисты во главе с Натальей Соколовой каждую картину внимательно осматривали и просушивали, делали всё необходимое для их спасения и возвращения к жизни.

С того момента Иван Степанович, несмотря на архигорячее время наступления войск фронта на Прагу, требовал регулярно доносить ему о ходе работ, связанных с сохранностью картин. К великому сожалению, как позже выяснилось, около двухсот живописных полотен сгорели в ночь с 12 на 14 февраля в результате англо-американских бомбёжек.

17

На рассвете 9 мая танкисты 3-й и 4-й гвардейских танковых армий, совершив восьмидесятикилометровый марш-бросок в условиях болотисто-лесистой местности, преодолев труднодоступные Рудные горы, с севера ворвались в Прагу. На улицах и площадях шли неравные бои горожан с немецкими оккупантами. От артиллерийских обстрелов гитлеровцев огнём пылали дома, горела знаменитая пражская Ратуша на Староместской площади. Тревожными сигналами бедствия висели в различных кварталах Праги чёрные шлейфы дыма. На Вацлавской площади и мосту через Влтаву велась стрельба.

Сам факт появления советских войск в Праге (об этом сразу же было сообщено по городской радиостанции) решил судьбу столицы Чехословакии: она была спасена от разрушения.

С каждым часом с разных направлений в город вступали всё новые и новые части Красной Армии: гвардейцы 10-го танкового уральского добровольческого корпуса, полки 3-й гвардейской и 13-й общевойсковой армий 1-го Украинского фронта, а также подвижные части 2-го и 4-го Украинских фронтов. Конечно, при таком массовом движении танковых и мотострелковых подразделении в сторону Праги одновременно с нескольких направлений трудно было выделить экипаж, который первым, из первых пересёк границу города. Но, несмотря на это, с самого начала считалось (и этого никто не оспаривал), что первым ворвался в черту города танковый экипаж под командованием гвардии лейтенанта М. Г. Гончаренко. К великому сожалению, отважный офицер был смертельно ранен в неравном бою.

Вместе с советскими воинами в освобождении своей столицы участвовали солдаты и офицеры сформированного в СССР 1-го чехословацкого армейского корпуса под командованием генерала Людвика Свободы. В родном городе его знали и помнили ещё с 1943 года, когда чехословацкий батальон принял боевое крещение у харьковского села Соколове Потом он был развернут в бригаду и в начале ноября того же года участвовал в боях за Киев. В Карпатах бригада стала первым чехословацким корпусом. Пражане с гордостью встретили свою родную, прошедшую немалый боевой путь воинскую часть, считая её ядром новой Национальной Чехословацкой армии.

К 10 часам утра 9 мая советские воины с помощью населения полностью очистили город от немецко-фашистских захватчиков. День этот для пражан, как и для всех советских воинов, находящихся вдали от родной земли, явился двойным праздником. По советскому радио они услышали позывные Москвы, и Левитан зачитал один за другим сразу два приказа Верховного Главнокомандующего: первый об освобождении столицы Чехословакии, города Праги, и второй о победе над фашистской Германией. В нём говорилось, что 8 мая 1945 года в Берлине представителями германского верховного командования подписан акт о безоговорочной капитуляции германских вооружённых сил. Дальше шли слова, которые порадовали весь мир: «Великая Отечественная война, которую вёл советский народ против немецко-фашистских захватчиков, победоносно завершена, Германия полностью разгромлена».

В ознаменование полной победы над Германией 9 мая Москва от имени Родины салютовала доблестным воинам Красной Армии, кораблям и частям Военно-Морского Флота, одержавшим эту блестящую победу, тридцатью артиллерийскими залпами из тысячи орудий.