Читаем Маневры неудачников полностью

— Нет, не полагаю. Если бы на борту была контрабанда, я бы её нашёл. Но всё это очень странно. Вы были на Пекле, вы ничего не везёте, и тем не менее вас преследовала торпеда. Кто вас атаковал?

— Они не представились. Пираты…

— Что им могло понадобиться от вас, если вы ничего не везёте?

— Корабль? — предположил Азим.

— Когда кому-то нужен корабль, он не стреляет по нему интеллектуальной торпедой, от которой практически невозможно увернуться, — справедливо заметил офицер. — Кстати, я впечатлён вашим манёвром. Где вы учились летать? Я не слышал о знаменитой лётной школе Сципиона-3.

— Тем не менее я учился именно на Сципионе, — сказал Азим. — А манёвр… когда вам грозит смерть, вы и не такое выкинете.

— Может быть. Однако я вынужден вас задержать, — сказал офицер. — По-моему, вы не те, за кого себя выдаёте, а у нас приказ задерживать все подозрительные корабли до выяснения обстоятельств. Сопротивляться будете?

Против двоих десантников в тяжёлой броне? Существуют и менее очевидные способы самоубийства.

— Нет, только протестовать, — сказал Азим.

— Это сколько угодно, — сказал офицер. — Надевайте скафандры, лёгкие, разумеется, а не те ходячие арсеналы, что находятся в шлюзовой камере. Вы проследуете с нами на борт «Устрашающего», а ваш корабль мы возьмём на буксир.

Всё это решительно начало мне надоедать.

Корабельный карцер. Комнатка невеликих размеров, кровать, санузел… Безвкусная еда. Конечно, эти условия гораздо лучше тех, в которых нас содержали скаари, но я бы предпочёл сейчас быть на «Ястребе» и обладать свободой маневра.

Тринадцать часов с того момента, как нас с Азимом доставили на борт «Устрашающего» и развели по отдельным камерам. Никаких допросов, никаких намёков на то, что с нами собираются делать.

Задержаны до выяснения обстоятельств. Уникальная формулировка. Интересно, какие обстоятельства они собираются выяснить и каким именно образом?

Я пообедал, поотжимался от пола, поспал. В голову лезли мрачные мысли, погружаться в которые мне не хотелось. Только не сейчас.

Сейчас лучше подумать о том, как убедительнее врать о моей вымышленной жизни на Сципионе-3. Если бы я ещё хоть что-то знал об этой планете…

Потом дверь камеры открылась, и в карцер вошёл Визерс.

Несмотря на слова Асада о том, что Визерс находится на Земле, я не слишком удивился. В конце концов, от генерала следовало ожидать чего-то подобного.

— Тебя-то за что? — поинтересовался я.

— Рад видеть, что чувство юмора тебе до сих пор не отказало, — сказал Визерс, усаживаясь на принесённый с собой складной стул. — Видишь, Алекс, тебе никуда от меня не деться.

— Говорят, что Вселенная бесконечна, — сказал я. — Почему я всё время натыкаюсь на одни и те же лица?

— Это судьба, — сказал Визерс. — Или хорошая оперативная работа.

— Так это была ваша «барракуда»?

— Да, — сказал Визерс. — С помощью того небольшого спектакля на орбите Пекла мне удалось задать вам нужное направление движения. Всё, что мне оставалось, это сидеть здесь и ждать, пока вы вывалитесь из гипера.

— А если бы «барракуда» нас настигла?

— Она бы не настигла, — уверил меня Визерс. — Интеллектуальную торпеду можно запрограммировать на многое, и этот экземпляр ни в коем случае не должен был повредить ваш корабль. Только страху нагнать.

— Ей удалось.

— Кстати, вы нашли прекрасное решение. Кто стрелял?

— Я.

— Браво, — сказал Сол. — Перегрузка больше десяти G?

— Двенадцать.

— И тем не менее ты не промазал. Я впечатлён.

— Все впечатлёны. Откуда ты тут взялся?

— По моему приказу пять кораблей контролируют сектор и задерживают все подозрительные корабли, — сказал Визерс. — Адмирал Синицын мой хороший знакомый, но я не стал ему рассказывать, кто именно мне нужен. Информация — слишком дорогой товар.

— Ты говоришь, как мой знакомый пиратский барон.

— Радж Хэммонд, — уточнил Сол.

— Ты многое знаешь, но ни с кем не делишься этими знаниями.

— Поэтому я до сих пор жив, — сказал Визерс.

— А я почти ничего не знаю.

— И поэтому ты до сих пор жив, — сказал Визерс. — Согласно процедуре временного задержания вас должны или отпустить в течение восемнадцати часов, или предъявить обвинение и доставить на ближайшую базу ВКС. Поскольку обвинения вам предъявлять никто не собирается, времени у нас не очень много, и я предпочёл бы перейти к делу.

— С каких пор тебя ограничивает регламент? Разжаловали из генералов?

— Нет, но я тут не с официальной миссией, — сказал Визерс. — И чем меньше народу узнает о том, что я здесь был, тем лучше. Кстати, мне не доставляет удовольствия носиться за тобой по всей галактике.

— Я тоже не в восторге от происходящего.

— Это твоя вина, — сказал Визерс. — Я предлагал тебе перейти на мою сторону ещё на станции, упокой вакуум её останки, но ты предпочёл всё сделать по-своему. И что в итоге? Скаари, пиратские бароны, космические сражения и бегство от торпеды… Куча приключений, а ты всё равно сидишь передо мной.

— Зато я знаю чуть больше.

— Многие знания — многие печали, уж поверь мне, — сказал Сол. — Приготовься, сейчас тебе станет ещё печальнее, ибо я собираюсь приумножить твои познания.