Читаем Малое прекрасно полностью

Эта значимость возрастает в приведенном выше порядке: m, х, y, z. В том же самом порядке убывает полнота и определенность знаний современного человека. Сталкиваясь с почти полной неопределенностью х, у и тем более z, он задается вопросом: а есть ли что-нибудь за пределами материального мира, мира молекул, атомов, электронов и бесчисленных прочих малых частиц? Или же все на свете — от самого грубого до самого тонкого — объясняется лишь сложностью сочетаний этих частиц, как тому учит современная наука? К чему тогда говорить о фундаментальной разнице между ступенями Лестницы Бытия, об «онтологических разрывах», если все, что мы видим — это разница в сложности строения материи? Но нет смысла ломать голову над вопросом, лучше ли рассматривать осязаемые и бесконечно очевидные различия между четырьмя великими Уровнями Бытия как качественные различия или различия в сложности организации материи. Необходимо лишь твердо понимать, что существуют качественные различия, а не только различия в сложности, между силами жизни, сознания и осознанности. Следы этих сил, возможно, существуют и на более низких уровнях, хотя и незаметные (или пока незамеченные человеком). Откуда берутся эти силы? Кто знает? Может, их источник лежит за пределами этого мира. Незачем строить теории о происхождении этих сил, при условии, что мы их различаем и, таким образом, никогда не забываем: они выходят за пределы всего, что под силу создать нашему интеллекту.

Разницу между живым и мертвым увидеть не так уж сложно. Отличить сознание от жизни уже сложнее, в то время как осознать, ощутить и понять разницу между сознанием и осознанностью (то есть между у и z) действительно очень трудно. Причина таких затруднений лежит на поверхности: высшее включает и, таким образом, в некоторой степени понимает низшее, но ни одно существо не способно понять что-либо более высокое, чем оно само. Человек способен изо всех сил тянуться к высшему и помогать своему росту поклонением, благоговением, восхищением тайнами мира, обожанием и имитацией. Достигнув более высокого уровня, он начинает понимать вещи, которые раньше были ему недоступны (позднее мы серьезно займемся этим вопросом). Но люди, у которых сила осознанности (z) развита плохо, не могут уловить ее отличия от сознания и склонны воспринимать ее как всего лишь некоторое продолжение сознания (у). Поэтому они считают человека всего лишь чрезвычайно умным животным с большим объемом мозга, или животным, умеющим изготавливать орудия труда, или политическим животным, или недоделанным животным, или просто голой обезьяной.

Люди, дающие такие определения, несомненно, с готовностью распространяют их и на себя, возможно, не без основания. Но другие считают такое описание человека просто нелепым. Это все равно, что выдавать собаку за лающее растение или бегающий кочан капусты. Ничто так не способствует ожесточению современного мира, как распространение от имени науки ложных и оскорбительных определений человека, таких как «голая обезьяна». Что можно ожидать от такого существа, от других «голых обезьян» и, в самом деле, от самого себя? Называя животных «машинами», люди вскоре начинают обращаться с ними соответствующим образом. Думая о людях как о голых обезьянах, они открывают двери настежь навстречу зверству.

«До чего же совершенен человек! До чего благороден! Сколь безграничны его способности!» С силой осознанности (z) его способности действительно бесконечны, они не загнаны в узкие рамки, не строго заданы, не «запрограммированы», как говорят сегодня. Вернер Джэгер выразил глубокую истину, сказав, что стоит осознать возможности человека, и они обретают существование. Человека определяют величайшие свершения лучших представителей человечества, а не среднее поведение или средние способности, и уж конечно не то, что можно вывести из наблюдения за животными. «Не каждый может быть выдающимся человеком, — говорит Катерина Робертс. — Но каждый, развивая в себе высшие человеческие качества, может понять, что значит быть человеком, и ощутить себя неотъемлемой частью бытия. Здорово стать настолько человечным, насколько ты только способен. И в этом не нужна помощь науки. Кроме того, само осознание своих возможностей может представлять шаг вперед по сравнению с прошлым»[121].

Бесконечность возможностей — чудесное следствие присущей именно человеку силы осознанности (z), в которой, в отличие от силы жизни и сознания, нет ничего автоматического или механического. Сила осознанности по сути — скорее бесконечная потенциальность, чем реальность. Человек станет поистине человеком, личностью, только если осознает и «реализует» этот потенциал.

Я уже говорил, что человека можно обозначить как m + х + у + z.

Перейти на страницу:

Похожие книги

500 дней
500 дней

«Независимая газета», 13 февраля 1992 года:Если бы все произошло так, как оно не могло произойти по множеству объективных обстоятельств, рассуждать о которых сегодня уже не актуально, 13 февраля закончило бы отсчет [«500 дней»]. То незавидное состояние, в котором находится сегодня бывшая советская экономика, как бы ни ссылались на «объективные процессы», является заслугой многих ныне действующих политических лидеров, так или иначе принявших полтора года назад участие в похоронах «программы Явлинского».Полтора года назад Горбачев «заказал» финансовую стабилизацию. [«500 дней»], по сути, и была той же стандартной программой экономической стабилизация, плохо ли, хорошо ли приспособленной к нашим конкретным условиям. Ее отличие от нынешней хаотической российской стабилизации в том, что она в принципе была приемлема для конкретных условий того времени. То есть в распоряжении государства находились все механизмы макроэкополитического   регулированяя,   которыми сейчас, по его собственным неоднократным   заявлениям, не располагает нынешнее российское правительство. Вопрос в том, какую роль сыграли сами российские лидеры, чтобы эти рычаги - контроль над территорией, денежной массой, единой банковской системой и т.д.- оказались вырванными из рук любого конструктивного реформатора.Полтора года назад, проваливая программу, подготовленную с их санкции, Горбачев и Ельцин соревновались в том, на кого перекинуть ответственность за ее будущий провал. О том, что ни один из них не собирался ей следовать, свидетельствовали все их практические действия. Горбачев, в руках которого тогда находилась не только ядерная, но и экономическая «кнопка», и принял последнее решение. И, как обычно оказался  крайним, отдав себя на политическое съедение демократам.Ельцин, санкционируя популистскую экономическую политику, разваливавшую финансовую систему страны, объявил отсчет "дней" - появилась даже соответствующая заставка на ТВ. Отставка Явлинского, кроме всего прочего, была единственной возможностью прекратить этот балаган и  сохранить не только свой собственный авторитет, но и авторитет

Станислав Сергеевич Шаталин , Григорий Алексеевич Явлинский

Экономика
Очерки советской экономической политики в 1965–1989 годах. Том 1
Очерки советской экономической политики в 1965–1989 годах. Том 1

Советская экономическая политика 1960–1980-х годов — феномен, объяснить который чаще брались колумнисты и конспирологи, нежели историки. Недостаток трудов, в которых предпринимались попытки комплексного анализа, привел к тому, что большинство ключевых вопросов, связанных с этой эпохой, остаются без ответа. Какие цели и задачи ставила перед собой советская экономика того времени? Почему она нуждалась в тех или иных реформах? В каких условиях проходили реформы и какие акторы в них участвовали?Книга Николая Митрохина представляет собой анализ практики принятия экономических решений в СССР ключевыми политическими и государственными институтами. На материале интервью и мемуаров представителей высшей советской бюрократии, а также впервые используемых документов советского руководства исследователь стремится реконструировать механику управления советской экономикой в последние десятилетия ее существования. Особое внимание уделяется реформам, которые проводились в 1965–1969, 1979–1980 и 1982–1989 годах.Николай Митрохин — кандидат исторических наук, специалист по истории позднесоветского общества, в настоящее время работает в Бременском университете (Германия).

Николай Александрович Митрохин , Митрохин Николай

Экономика / Учебная и научная литература / Образование и наука
Путь к социализму: пройденный и непройденный. От Октябрьской революции к тупику «перестройки»
Путь к социализму: пройденный и непройденный. От Октябрьской революции к тупику «перестройки»

Каким образом складывалась социально-экономическая система советского типа? Какие противоречия ей пришлось преодолевать, с какими препятствиями столкнуться? От ответа на эти вопросы зависит и понимание того, как и благодаря чему были достигнуты наиболее впечатляющие успехи СССР: индустриализация страны, победа над нацистской агрессией, штурм космоса… Равным образом ответ на эти вопросы помогает понять, почему сложившаяся система оказалась обременена глубокими проблемами, нерешенность которых привела советскую систему к кризису и распаду. Какова была природа Великой русской революции, привела ли она к формированию социалистического общества? Какие уроки следует извлечь из гибели советской системы, чтобы новое движение к социализму избежало допущенных ошибок? Эти вопросы также волнуют очень многих людей, и автор по мере сил постарался дать на них аргументированные ответы.

Андрей Иванович Колганов

Экономика