Он почувствовал запах, отвратительнее которого не доводилось нюхать за всю жизнь. Невообразимая вонь. Когда Мин поставил фонарь на ровный пол, свет падал на округлые формы, переходившие в тени и пропадавшие. В воздухе висело назойливое жужжание. Здесь, в подземелье, чувствовалось, что где-то наверху не прекращается движение. Фрай подавил позыв к рвоте и вытянул нижнюю часть туловища в камеру, которая оказалась обширнее первых двух комнат — с высоким потолком, усеянным, как увидел Фрай, подняв фонарь, движущимися черными точками. Это были мухи. Мимо ноги шмыгнула крыса. Фрай отбросил ее ботинком. Зверек растворился в темноте угла, затем, словно змея, исчез хвост. Стены были земляные, поддерживаемые крепью из неровных досок, связанных веревками. Отходы пиломатериалов, догадался Фрай. Связаны, а не сбиты, чтобы никто наверху не услышал шум строительных работ. На веревках же висели три фонаря. В углу стоял холодильник. Фрай подошел, отогнал мух и отворил дверку. В нескольких дюймах воды плавали две банки с газировкой.

— Хотите пить, Мин?

— Заткнитесь, Фрай.

Он опять почти подавился от рвоты. Закрыл глаза и сконцентрировал волю. Наконец снял рубашку и обмотал ее вокруг лица, связав рукава на затылке. В нескольких футах от холодильника лежала пачка объявлений о митинге Комитета Освобождения. Безнадежное лицо Ли колыхалось при свете фонаря.

— Как в эту чертову дыру доставляли лед для холодильника?

— Не знаю, Фрай. Какая разница.

— Вам следует знать. Это означает, что сюда можно пройти другим путем.

Он опять поднял фонарь, и мухи зажужжали громче.

К главной комнате была пристроена маленькая каморка. Фрай держал фонарь перед собой, подоткнул рубашку на лбу и нырнул туда. На палу лежал большой кусок брезента, под ним что-то шевелилось. Рука, державшая фонарь, задрожала. Свет замигал. Что-то скреблось под брезентом, затем пошевелилось. Фрай стал на колени, отогнул угол, встал и резко дернул брезент. Крысы оторвались от трапезы и уставились на свет фонаря, потом перемахнули через два разложившихся трупа и побежали в тень.

Фрай отбросил тяжелый брезент в сторону. Трупы лежали вверх лицами, разъеденными щелоком. Лучшие части сожрали крысы. Рядом с трупами валялись лыжные шапочки, которые были на этих людях в «Азиатском Ветре». Их сняли с голов, чтобы щелочь сделала свое дело. Животы трупов были раздуты. У одного из них еще не съеденная кисть напоминала перчатку, наполненную водой.

На Даке, младшем брате Лока, были надеты все те же красные теннисные тапки.

Фрай передал Мину фонарь и возвратился в главную комнату. Подземные ходы начали поворачивать, и он прижался к сырой стене. Ему не хватало воздуху. Кожа пылала, а толчки крови, казалось, разнесут голову изнутри. Барабанные перепонки ревели.

Из-за угла каморки показалось бледное лицо Мина.

— Фрай?

Сейчас важнее всего было выбраться из этого ада.

— Фрай!

Из того, что было потом, он помнил только то, как Толковательница Снов помогала ему войти в свой кабинет. Он лежал у нее на спине, грудь ходила вверх-вниз, свет резал глаза.

Она смотрела на него сверху вниз.

— Ли нет?

— Ли нет.

— Вам следует прислушиваться к собственным снам.

— Я старался, черт побери.

— Демоны всегда побеждают.

Через несколько минут выполз Мин, держа перед собой фонарь. Фрай распознал страх в его глазах.

Детектив говорил с Толковательницей на вьетнамском. Фрай понял, что они обговаривают какое-то дело. Она возражала, потом кивнула и еще раз кивнула.

Мин по ее телефону позвонил Дункану.

— Приезжай в заведение Толковательницы Снов. Все объясню на месте.

Он посмотрел на Фрая.

— У меня есть к вам вопросы, но сперва мне нужно получить ответы от наших друзей из подземелья. Я очень признателен вам за то, что вы сделали. Вы можете ближайшие двое суток держать рот на замке? Обещайте, не то мне придется на это время для верности поместить вас с тюрьму.

— Если вы опять посадите меня, я выйду и убью вас. Обещаю.

Фрай, пошатываясь, поднялся.

Мин улыбнулся.

— С вами все в порядке?

— Думаю, что да. Немного поташнивает. — Он взял одну из визиток Толковательницы и написал на ней «Кристобель Страус». Протянул карточку детективу и объяснил, что произошло с Кристобель. — Я хочу знать, кто это сделал, — сказал Фрай. — Мне надо знать, кто они.

Мин посмотрел на него с некоторым подозрением.

— Зачем?

— Трое из них по-прежнему ее преследуют. Я просто хочу знать, с кем я имею дело, но мне не хочется ее зря волновать. Вам это ничего не стоит, всего один звонок в полицию Лонг-Бич, а мне придется часами обивать пороги суда. Иначе я…

— О'кей, Фрай. Теперь я узнал вас достаточно хорошо, чтобы понять, что вы не отступите. Я узнаю, кто эти люди.

Глава 19

Через застекленную дверь Фрай увидел своего брата. Беннет сидел на диване. В комнате было темно, но на лице Беннета играл мягкий свет. В руках он держал высокий стакан, на столике перед ним стояла бутылка джина. Перед телевизором был установлен киноэкран. Рядом с бутылкой джина работал проектор слайдов. Беннет поднял глаза. Взгляд у него был нехороший.

— Уже поздно. Даже Миклсен и Тойбин спят.

Фрай вошел.