Читаем МакМафия полностью

Платиновым метром антимафиозного законодательства является так называемый Закон RICO (Racketeer Infuenced and Corrupt Organizations Act – Закон об инвестировании капиталов, полученных от рэкета и коррупции). Он был принят американским конгрессом в 1970 году, причем считается (говорят, что неправомерно), будто бы его аббревиатура придумана в честь персонажа романа Эдварда Робинсона «Маленький Цезарь» («Неужели Рико пришел конец?» – говорит о себе перед смертью этот герой классической книги 30-х годов.) Правда, прошло десять лет, пока в соответствии с этим законом наконец осудили одного из боссов мафии. Однако с тех пор этот закон оказался гораздо эффективнее любого другого правового инструмента для борьбы с организованной преступностью. Благодаря RICO прокурорам не нужно доказывать участие тех или иных лиц в конкретных преступлениях, если те участвуют в группировках, занимающихся преступной деятельностью. Это разрушило ту защитную стену, которую воздвигли вокруг себя боссы мафии, заставлявшие отдуваться за себя рядовую «пехоту», так что в 80—90-х годах ФБР и окружные прокуроры по большей части разгромили коза ностра.

Японцы поначалу переняли опыт этого закона, но сам закон затем выхолостили. Теперь боссов якудзы можно было призвать к ответу за грехи их подчиненных, однако полиция пользовалась этим лишь для того, чтобы обеспечивать контроль над делами якудзы, а не для того, чтобы ее раздавить. «Прежние «экономические отношения», когда якудза могла подкупать полицию, теперь немыслимы, – объясняет Яманучи. – Более того, полиция теперь с большей уверенностью берет в разработку высших представителей семей. Например, мой шеф и клиент, господин Цукаса, в настоящий момент взят под стражу по пустячному поводу. За этим кроется следующая причина: Ямагучи-гуми продвигается на восток, и если это продвижение окажется успешным, ее власть серьезно возрастет. Полиция пытается подрезать якудзе крылья, а не уничтожить ее».

Влияние и положение Ямагучи-гуми сложно переоценить. Над тихой улицей с жилыми домами в Наде, фешенебельном районе Кобе, высится деревянная вывеска: «Мы не допустим в Наду организованные преступные группы!» В нескольких метрах от необычайно просторных по городским стандартам домов, на углу с переулком, стоит вычурное серо-белое шестиугольное здание – местный полицейский участок. Прямо-таки зарычавшая мышь – р-р-р-р! В пятидесяти метрах от норы этой мышки стоит неприметного вида крепостная стена с гаражными воротами из серого гофрированного металла. Стена повсюду утыкана камерами и охранным освещением, а если бы кто-то сумел на нее вскарабкаться, ему пришлось бы иметь дело с кольцами проволочной спирали. Я прохожу мимо этой штаб-квартиры Ямагучи-гуми, и мне улыбается удача, – моим глазам открывается сцена из «Шаровой молнии»[37]: медленно поднимается металлическая дверь, и из-за нее показывается шеренга из пятерых мужчин в светло-зеленой униформе и темных очках, стоящих по стойке «смирно». За их спинами – изящно подстриженный газон, а вдалеке – вполне пристойная имитация итальянского дворика эпохи Возрождения. Пока я глазею на все это, взгляды мужчин сосредотачиваются на мне, и я вынужден идти дальше: рекомендательного письма у меня нет. Один из солдат Ямагучи подзывает крупного мужчину в больших темных очках, приглашая его сесть за руль одного из лимузинов, стоящих на дорожке, и машина выезжает, а за ней снова падает металлический занавес, скрывая секреты Ямагучи-гуми. Удачи, полиция Надаку, – у вас будет немало работы.

Начиная с 1991 года полиция отмечает существенную консолидацию власти якудзы всего в трех ее семьях – Ямагучи-гуми и двух токийских кланах, Сумийоси-кай и Инагава-кай. Закон 1991 года позволил полиции ослабить либо разгромить многочисленные мелкие группировки якудзы, и некоторые из них, чтобы защитить себя, слились с семьями Большой Тройки. С начала нового тысячелетия Ямагучи-гуми проникла в Токио еще глубже, воспользовавшись неутихающей распрей (которая периодически выливается в кровавое насилие) между группировками, входящими в Сумийоси и Инагаву. К 2005 году на долю Ямагучи-гуми приходилось, по данным полицейской «Белой газеты», 45 % «заявленных» гангстеров, а когда в июле того года Шинобу Цукаса стал оябуном шестого поколения, полиция предостерегала о начале крупной бандитской войны.

Сами боссы якудзы преуменьшают возможность войны между членами Большой Тройки. «У нас с Ямагучи-гуми самые теплые отношения, – утверждает Мицунори Агата, заместитель главы Сумийоси-кай, крупнейшего преступного синдиката Токио. – Мы бесконечно уважаем их и считаем эффективно действующим предприятием».