Читаем МакМафия полностью

По словам Хорицуне, еще десять-пятнадцать лет назад якудзы составляли 90 % его клиентов. «Сегодня это на 50 % обычные люди и на 50 % – якудзы. И, конечно, большинство обычных людей – это взрослая молодежь, для которой татуировка – веление моды, а не знак верности и преданности». Определенно, резкое выделение молодежной культуры 90-х годов и ее внезапные индивидуалистические эксперименты явились признаками огромных перемен для страны, в которой вплоть до 80-х годов граждане от рождения до смерти ходили в невыразительной униформе – от школьной до рабочей. Однако эта статистика говорит нам кое-что и о самой якудзе, и о том положении, в котором она оказалась. «Боссы всегда платили за татуировки своих бойцов, но, честно говоря, для многих из них эти расходы оказались непомерными – отсюда и уменьшение числа моих клиентов из якудзы», – вздыхает Хорицуне. Сейчас дела у якудзы идут далеко не блестяще. Она остается одним из важнейших элементов японского общества, однако после того, как лопнул «пузырь», по авторитету этой мафии был нанесен ряд беспрецедентных ударов – как врагами якудзы в Японии, так и ее иностранными соперниками, которые принялись сокращать ее экономическую базу. Как и вся остальная Япония, якудза, пытаясь приспособиться к эпохе глобализации, натолкнулась на целый ряд трудностей. Хотя большую часть XX века якудза и не была так популярна, как любят считать ее члены, она пользовалась известным влиянием. То, что она была на положении аутсайдера, всегда было парадоксальным. Хотя «семьи» якудзы возникли в значительной степени из среды люмпенов, она всегда пользовалась вниманием и поддержкой со стороны правых националистических движений, а в период между двумя войнами и правительство, и бизнес эффективно использовали членов якудзы в качестве штрейкбрехеров. Когда в конце Второй мировой войны разоренную Японию оккупировали Соединенные Штаты, именно якудза уже в считаные дни после капитуляции страны взялась за восстановление ее экономики, создав мощный черный рынок. Американцы терпели якудзу и нередко с ней сотрудничали, точно так же, как они принимали помощь сицилийской мафии, наводя порядок на юге Италии после своей высадки в Сицилии в 1943 году. Мафия там установила пронизанные коррупцией отношения с Христианско-демократической партией, которая в годы «холодной войны» была главной политической силой Италии. Аналогичным образом якудза установила тесные контакты с Либерально-демократической партией, которая в тот же период доминировала в Японии, однако в отличие от христианских демократов благополучно пережила падение коммунизма и правит страной в настоящее время, несмотря на несколько перерывов в этом правлении.

«Пузырь», который один обозреватель назвал «великим перемещением богатств», оказался не оптическим обманом, что осознали дзайбацу, Либерально-демократическая партия и якудза, когда совместными усилиями в этом разобрались. Это было не что иное, как «капитализм дружков», который достиг своего пика, раздуваясь на протяжении последних пяти лет. Отсюда напрашивается вопрос: как якудза вообще сумела подняться до столь высокого положения в японском обществе? В противовес общепринятым воззрениям, эта мафия прокладывала себе путь наверх не перестрелками, не вымогательствами и не взятками: как ни странно, якудза – порождение японской юридической системы.

«Само собой, якудза занималась по традиции проституцией и рэкетом. С таким положением дел все более или менее примирились, и именно от этих занятий якудза и получала основную часть своих доходов, – говорит Юкио Яманучи. – Однако в 60-е годы якудза включилась в дела общественной жизни, которые вскоре стали для нее одним из важнейших источников дохода». Жизнерадостный господин Яманучи пребывает в отличном настроении. Несколько лет он провел в захолустье, но теперь, когда его друг Шинобу Цукаса был избран оябуном шестого поколения крупнейшего мафиозного синдиката страны, его рады видеть на должности главного адвоката Ямагучи-гуми. Представьте себе, что ваш адвокат в США ничтоже сумняшеся именует себя «адвокатом дона Антонио Сопрано» или «поверенным корпорации нью-джерсийской мафии». «Это вторжение в общественную жизнь началось со сбора неуплаченных долгов: все дело в том, что, если человек идет за этим в суд, взыскание задолженности будет длиться до скончания веков, так что даже если суд выносит соответствующее постановление, это ничего не дает. А якудза решает такие проблемы гораздо быстрее».