Читаем Маг моего сердца полностью

Я осторожно повернула его на спину и вновь взялась за скрипку, которую впопыхах бросила на песке. Еще и проход, значит. Если я и не стану великим креадором или знаменитым контролером, то карьера выдающегося композитора мне обеспечена. Никогда я еще столько не сочиняла.

Ну, если нам удастся выбраться отсюда, конечно.

Голова кружилась – все-таки я тоже устала, да еще как, – поэтому я не стала вставать, а уселась на песок. Проход? Я уверена, это проще простого. Надо только хотеть выйти отсюда.

А я очень хочу.

Я не помню, что играла. Просто в какой-то момент увидела брешь над собой, прямо в небе. Постепенно она увеличилась, достигла земли – и тогда в нее посыпались креадоры во главе с Ральфом, а также профессора. Оказывается, тут была уже вся академия.

Ральф подбежал и чуть не силой отобрал у меня скрипку, в которую я вцепилась, ничего уже не соображая. Я словно смотрела кино, действие которого происходило не со мной. Я видела, как профессор Реванто хлопочет над Даймондом, ей помогают Этель и Джон. Как Рихард стоит перед Сарой с несчастным, как у маленького ребенка, лицом, а профессор Соулс и профессор Винтер уводят ее. Потом Ральф подхватил меня под мышки, помогая подняться…

И дальше я уже ничего не помнила.

* * *

Очнулась я в своей постели. Даймонд сидел рядом и держал меня за руку.

– О мана небесная, наконец-то! Спишь, как ежик зимой. Почти целые сутки. Ну, сколько пальцев видишь?

Он помахал у меня перед носом растопыренной пятерней.

«Все», – хотела сказать я, но своего голоса не услышала. Совсем не было сил.

– Как ты себя чувствуешь, Бренна?

Это Этель. Она тоже тут, оказывается.

Я попыталась откашляться.

– Нормально…

– Я принесу тебе сок! – сказала Этель и вышла.

Я перевела взгляд на Даймонда. Он выглядел осунувшимся, синяки на лице позеленели, но улыбался во весь рот.

– Все кончилось? – слабо спросила я.

– Да. Слава стихиям, кончилось. Ее увезли и отдадут под суд. Ральф вызвал патруль и тоже поехал давать показания. Он же куратор.

– Зачем она это сделала? Убила свою подругу, хотела убить меня…

– У таких, как Сара, не бывает ни друзей, ни подруг, ни возлюбленных. Им всегда мало, они вечно с кем-то сражаются, потому что им не дают покоя то зависть, то ревность, то жадность. Или все сразу. Дейзи была самая талантливая из нас, а Сара – вторая, и ужасно от этого страдала. Поэтому, когда Дейзи внезапно умерла, я заподозрил, что это неспроста. Вот только не могу понять: как она дала себя убить? Она была сильнее меня, сильнее Сары…

– Сара говорила про какой-то Единый Магический Путь, – припомнила я. – Не знаешь, что это такое?

– Первый раз слышу, – нахмурился Даймонд. – Надо спросить у Соулса.

Вернулась Этель с большой чашкой.

– Это сок тутовника, и здесь еще… другие компоненты. Выпей, Бренна. Он целебный.

Даймонд взял у нее из рук чашку и поднес к моим губам.

– Кожа змеи и экстракт из мышиных хвостов? – попробовала пошутить я.

– Примерно так, – усмехнулась Этель.

– Спасибо, – сказала я ей.

– Вот уж не за что, – ответила она, бросив быстрый взгляд на Даймонда.

И ушла.

– Она сидела возле тебя всю ночь, пока я валялся в отключке, а Ральф допрашивал Сару.

– Я обязательно с ней подружусь, – сказала я, больше себе, и взяла у него из рук чашку. – Давай сюда, я не беспомощный младенец.

– Да уж, ты героиня. Отчаянная. Ну вот зачем ты туда полезла, а? Второй раз.

– Она написала анонимную записку, где просила о помощи. А ваше величество изволило находиться в депрессии, и посоветоваться было не с кем.

Даймонд отвернулся.

– Да, я вел себя как последний…

И тут в комнату ввалились Джон с Рихардом и все три профессора.

– О, да она уже очнулась! Как ты, девочка?

Профессор Реванто захлопотала вокруг меня, другие тоже наперебой выказывали заботу и сочувствие.

– Спасибо, – я улыбнулась. – Хорошо.

– Она молодец, очень мужественная! – произнес профессор Соулс и пожал мне руку.

А профессор Винтер подмигнул и добавил:

– И очень знающая!

Джон с Рихардом отпускали какие-то шутки, чтобы развеселить меня. Правда, у Рихарда это выходило несколько… печально. Видимо, Сара успела-таки его всерьез зацепить.

Они пробыли недолго. Профессор Реванто предложила сменить Даймонда, который, оказывается, торчал возле моей постели с самого утра. Но он решительно, хотя и вежливо, отказался. Тогда она улыбнулась и, пожелав нам спокойной ночи, ушла, уводя с собой остальных.

– Они такие милые, – сказала я, когда мы остались вдвоем.

– Угу. Все за тебя очень испугались. Ты лежала, делая вид, что ты не с нами, – усмехнулся он.

– А как ты догадался, где меня искать?

– О! Это целый детектив. Я пришел к тебе извиняться, а тебя нет, и скрипки тоже. Кажется, я психанул и стал тут все крушить – прибежала Этель и сказала, что видела тебя со скрипкой во дворе. Тогда я успокоился и спросил, куда, по ее мнению, может пойти девушка, которую обидел распоследний кретин. Она ответила, что в таких случаях всегда уходила рыдать на крепостную стену. Тут я многое понял про себя, но извиняться перед ней уже не стал, поскольку было не до того. Сказал, что ты знать не знаешь про стену…