Читаем Луковое горе полностью

С рынка вышел сопровождающий Славик, в руке его была открытая бутылка пива, отпив большой глоток и зевая, он произнёс:

‒ Давай, турка, бери тачку, вези меня на отдых и делай себе, что хочешь неделю, потом часть денег мне отдаёшь, и, считай, ещё неделя у тебя.

‒ Да, едем, тут недорогая гостиница есть почти в центре, в типовых девятиэтажках, я три года подряд и всё наши там останавливаются, едем! Эй, Джавдет, тебе задача ‒ лук разгрузить, завтра утром приеду, начнём торговать! ‒ Онур взяв под руку Славика и удалился с территории рынка, оставив за собой лишь смрадный запах немытых поражённых грибком ног.

Коммерсанты оставили КамАЗ поближе к входу и к девяти часам тележками перетащили его содержимое в здание рынка на оплаченное Джавдетом место у самодельного, наспех собранного из сломанных поддонов прилавка. Усталые и голодные турки и русские зашли в ещё открытое кафе, находившееся возле огромной кучи с гнилыми овощами тут же возле стоянки грузовиков. Это была территория, посещаемая лишь торговым людом и водителями, грязная, неопрятная, с кучами отходов, обгаженными, заполоненными гниющим мусором контейнерами, изредка сюда забегали собаки и крысы. Вот на этой территории стояло небольшое кафе, в котором в поте лица трудились несколько узбеков, там же, в ларьке, шла вялая торговля базовыми продуктами: газировкой, пивом и сигаретами. Выходить за территорию рынка в большой шумный город сил уже не оставалось, было решено поесть в местном кафе.

Войдя внутрь заведения, гости сразу наткнулись на липкие, грязные столы и шатающиеся стулья, на полу волнами лежал грязный, рваный, сине-серый линолеум, от зала невысоким прилавком была отделена маленькая кухня. Посовещавшись, компаньоны решили заказать самую безопасную пищу ‒ жареную рыбу, картошку, вареные яйца, большое блюдо маринованного лука да пару чёрствых лепёшек со здоровенным чайником сладкого горячего чая.

‒ Что, КамАЗ сегодня уже ту-ту, обратно? ‒ с трудом пережёвывая жёсткую рыбину, с грустью произнёс Лёха.

‒ Да, отец перед отъездом рассчитал его по минимуму, тот пытался ругаться, но махнул рукой, ему уже завтра под погрузку ехать, ‒ Джавдет увлечённо поглощал лук, будто бы никогда не ел его раньше, и, оттаяв от горячей пищи, произнёс. ‒ Сегодня тут ночуем, а завтра тоже, как белые люди, в гостинице, тут лишь водил оставим и, думаю, к концу недели всё продадим.

Внезапно дверь в кафе отворилась, на пороге возник Онур, подошёл к столу, засунул себе в рот кусок жареной рыбы и, чавкая, заговорил:

‒ Я что приехал, сейчас встретился с азербайджанцами, они просили им в реализацию прямо сегодня отгрузить семь тонн, и, короче, русские тут останутся, а мы в гостиницу.

‒ А кто будет вытаскивать лук азерам? И почему вы в гостинице спите, а мы на свалке ночуем? ‒ не выдержав издевательств, Орлов поднялся со стула, зависнув над столом с куском хлеба в руке, как будто это была шашка.

‒ Нет, вы только считать будете, чтобы лишние не взяли, а сегодня мы спать будем в одном номере с Славой. У них на двоих номер завтра освободится, не в обиду, хотите, я с вами останусь? ‒ турок обеспокоенно обежал стол, обнял Лёху за плечи, посадил его на место и продолжил. ‒ Я же забочусь, со мной всё будет ровно, без обиды.

Невкусная, но сытная еда сделала своё дело: из кафе вышли спокойные, довольные люди, пошли каждый по своим делам. КамАЗ уже развернулся, перед ним охранник, лениво матерясь, распахнул скрипучие ворота. Тягач неспешно начал выезжать прочь с территории рынка, напоследок несколько раз посигналив оставшимся бедолагам. Турки вышли с территории вслед за ним. Егор пошёл внутрь рынка звать азербайджанцев, а Алексей решил подготовить шаланды к пропорциональной разгрузке согласно своим умозаключениям и хитрым расчтам.

Рынок был пуст. То место, где днём торговали овощами, источало запахи подгнившего продукта. Всюду сетки с луком, картошка, далее виднелись горы свеклы, остальные прилавки терялись где-то в сумраке огромного здания. Пройдя чуть дальше, Егор понял, что впереди находится стена, разделившая рынок на несколько частей, в ней были проходы, но идти на другую сторону желания не возникало. Вдруг из темноты вышли восемь человек.

‒ Онур, твой хозяин говорил, что лук вы должны таскать! ‒ вышел навстречу высокий азер с крупной золотой цепью, спускающейся на его огромный живот.

‒ Лук вы таскать должны, я только считать могу! Онур не хозяин, он мастер продажи.

‒ Не спорь, русские, у меня вон пять человек, и все работают. Я знаю, кто хозяин! ‒ азербайджанец, ища поддержки, посмотрел на сопровождавшие его кожаные пиджаки.

‒ Ну ладно, ждите, когда у мешков вырастут ноги, такие маленькие крепкие ноги, и они сами придут сюда и лягут отдохнуть за вашим прилавком.

‒ Э-э! Да шучу я! Пошли, покажешь, где взять лук-млюк! ‒ азер оскалился в широкой улыбке, обнажив золотые зубы, которые зловеще блестели в тусклом ночном свете внутри закрытого рынка.

Вышли на двор. Орлов, увидев людей, радостно замахал руками, указывал на уже распахнутые ворота полуприцепов и кричал, зазывая к себе: