Читаем Лукавые книготорговцы Бата полностью

– Ой! – воскликнула Сьюзен, снова опустилась на колени, потянув за собой Мерлина, и стала ощупывать землю у себя под ногами. Как она и ожидала, это был песок вперемешку с мелкими камушками. Сьюзен с облегчением выдохнула, хотя еще раньше узнала место, где они оказались, по знакомому журчанию ручья. – Это мой остров. Ты просила нарисовать место, где я чувствую себя в безопасности и которое хорошо знаю, и я сразу подумала о нем, а не о горе. Конечно, гору я тоже знаю, но она папина, а это место – мое. Было время, когда я приходила сюда каждый день. И до сих пор прихожу, когда я дома. На свой остров.

– Это ручей, который течет у дома твоей мамы? – спросил Мерлин. – Значит, остров совсем маленький.

– Зато настоящий! Отсюда до маминого дома ярдов сто, вниз по течению, – ответила Сьюзен.

Ее глаза уже почти привыкли к темноте, и она стала различать черные силуэты Мерлина и Вивьен на фоне не такого черного неба. Шел снег, правда совсем небольшой – крохотные снежинки лишь время от времени касались запрокинутого лица и открытых рук Сьюзен. Однако было холодно.

– О черт! – вдруг вырвалось у Сьюзен. – Я оставила в башне любимый мамин полушубок. Мама меня убьет.

Вивьен и Мерлин захохотали, Сьюзен тоже. Смех получился немного истеричным. Осознание того, насколько серьезна была грозившая им опасность, еще не пришло во всей полноте.

– У меня есть еще свечка, – сказал Мерлин.

Сьюзен услышала щелчок открываемой сумки, короткий вдох Вивьен, а потом увидела в ее ладонях горящую свечку, короткую и толстенькую, в виде далматинца-попрошайки, из раскрытой пасти которого торчал фитиль. Новая свеча, слава богу, не пахла.

– Что ж, остров так остров. – Вивьен ладошкой прикрыла свечу от снега и подняла ее повыше.

Слабый огонек позволил Сьюзен убедиться, что это действительно ее остров – небольшая песчано-галечная коса, которую защищал от размыва массивный валун в ее верхнем конце. Видимая часть валуна составляла шесть футов в высоту и двенадцать в длину. Сверху на нем было небольшое углубление, где Сьюзен обычно сидела часами, представляя себя королевой и полноправной правительницей собственного крошечного островного государства и ручья, постоянными обитателями которого были птицы, рыбы и раки, а иногда заплывали и выдры.

– Он похож на владение некой сущности, – сказала Вивьен задумчиво. – И все же это не так. Ты продолжаешь удивлять меня, Сьюзен.

– Островок просто… мой. Хотя формально он принадлежит фермерам Парментам. Это их поля по обе стороны ручья. Но островок их не интересует. Старая миссис Пармент, правда, иногда заглядывала сюда, когда я была маленькой. Наверное, боялась, как бы я не утонула. Она считала, что мама плохо смотрит за мной. Но она никогда не прогоняла меня отсюда, не отправляла домой. Только разговаривала со мной, стоя на берегу, угощала пирожком и снова уходила. Интересно, что теперь скажут об этом Парменты?

И она указала на заднюю часть каменного льва, которая торчала из ручья, словно корма потерпевшего крушение корабля. Вся передняя часть погрузилась в илистое дно ручья, настолько силен был его прыжок. При неверном свете свечи это походило на причудливую инсталляцию, в которой некий современный художник вознамерился рассказать о британском льве и его сознательном уходе от реальности или еще о чем-то в таком роде.

– Мы уберем льва, – пообещал Мерлин. – Только не сразу. Сначала на него наверняка захотят взглянуть праворукие. Рискну предположить, что это теперь единственная целая статуя, которая осталась у нашего нового врага.

– Я собираюсь взглянуть на него сейчас же, – заявила Вивьен. – Возьми свечку, Сьюзен, и иди с Мерлином домой, а то ты уже совсем синяя.

И она протянула им свечу, которую тут же погасил то ли снег, то ли поднявшийся ветер.

– Ты точно не видишь в темноте? – спросил Мерлин.

– Нет, не вижу, – сердито ответила Сьюзен. – Сколько раз тебе повторять?

– Хорошо, тогда я тебя поведу. – Мерлин взял ее за локоть и, почувствовав, что она дрожит, добавил: – Подожди-ка.

Снова щелкнули застежки сумки, и на плечи Сьюзен легко опустился пушистый палантин из лисы, от которого ей сразу стало теплее.

– Идем, – сказал Мерлин. – Не задерживайся тут, Вив.

– Не буду, – отозвалась Вивьен. – Хотя, по-моему, сейчас нам ничего не грозит. Я не чувствую никаких признаков присутствия здесь сущности.

Мерлин задумался:

– Может, мне все же разбить его на куски, на всякий случай?