- Понятия не имею, на что ты была бы способна? Держу пари, ты бы жила в грязном трейлере с орущими детьми, цепляющимися за твой фартук, пока ты целый день смотрела бы телевизор.

Язык Лотэра как он есть.

- Ты ведь совсем так не думаешь. Ты не считаешь, что я была бы такой.

Оторопелый взгляд вампира. Однако, быстро оправившись, он вкрадчиво произнес:

- Это начинает утомлять, Элизабет. Заткнись и разденься.

- Попроси Саройю! Или, может, она находит тебя таким же отвратительным, как и я!

На его щеке дернулся мускул, предупреждая, что она зашла слишком далеко. Плевать. Уже мертва.

- Ты добиваешься моей ярости просто потому, что никогда ее на самом деле не видела. Я это исправлю. - Он притянул ее к своей груди. - Совершим прогулку.

- Ты сказал, что меня найдут твои враги! - Стать демонской шлюхой…?

- Я нас скрою. Повторяю, бояться тебе стоит только меня . В мгновенье ока он перенес ее в пещеру. Однако телепортировались они не полностью, а оказались в своего рода сумерках.

Тем не менее, она чувствовала затхлый запах земли и гнили, слышала жужжание мух. Когда ее глаза привыкли к полумраку, она увидела трупы.

Беспощадно обезглавленные тела молодых мужчин. Множество.

Горы отрезанных конечностей, разбитых черепов. Все это было разбросано по промозглой пещере.

Элли бы извергла содержимое своего желудка, будь она хрупкого телосложения. Или если бы не видела подобную сцену в собственном доме пять лет назад.

Совладав с голосом, она спросила:

- Это ты сделал?

- А, Элизабет, теперь ты понимаешь, на что я способен? Зарезать целый выводок в их собственном логове - довольно скучно . Мое сердце даже не ускорилось, а жажда крови не пробудилась. Я широко зевал, отрубая очередную голову. И последнее, что слышала жертва - как я невежливо цокал языком. Так что бойся моей ярости и пойми, что одно мое имя вселяет страх в сердца тех, кто меня знает - не без причины .

- Я поняла, что ты страшный, больной и развращенный! Я поняла, что Враг Древних и Саройя Жница Душ подходят друг другу идеально. Как два куска сломанной головоломки, соединенные вместе.

И снова ее слова в нем что-то задели. Рука на ее запястье напряглась, выражение лица обещало боль.

- И это - твоя жизнь?

Он усмехнулся:

- Большинство ночей тысячелетия.

- Тогда мне тебя жаль. Так и есть: Элизабет, твоя зверушка, селянка, которую ты презираешь, "это тело" - жалеет тебя. - Она посмотрела ему в глаза. - Ух ты, на щеке задергался нерв. У меня будут неприятности! В чем дело? Не нравится, когда кто-то говорит тебе подобные вещи? Я, наверное, первая за много веков, кто осмелился на такое.

В красных глазах мелькнула искра?

-  Подобные вещи , - повторил он. - Что это за вещи, на основании которых тебе меня жалко ?

- Мне двадцать четыре. Пятую часть жизни я была приговорена к смерти. Тем не менее, за эту короткую жизнь я познала больше счастья, чем ты за всю свою бесконечную.

31 глава

Эта Элизабет вконец охренела!

Как обычно, ты говоришь о вещах, которых твой разум не может постичь!

- Я? Бьюсь об заклад, ты даже не знаешь, что такое счастье!

Лотэру хотелось ответить:

- Конечно, я знаю! - Но он… не знал.

Ему казалось, что он был счастлив в детстве, когда рядом была его мать, но те годы он помнил нечетко, ведь, казалось, уже целую вечность вся его жизнь была посвящена лишь мести.

Воскресить те воспоминания ему не удавалось, потому что с того времени он не чувствовал ничего подобного.

Он часто шпионил за тем, как это делают другие. Он видел двух сестер-чародеек, хихикающих над сальными шутками. Наблюдал потасовку оборотней, которые потом так хохотали, что держались за свои бока. Все они испытывали счастье, Лотэр - нет.

Он знал, что отличается от других. Тем не менее, он не был уверен, что несчастлив, поскольку это означало, что ему было с чем сравнивать.

- Ну, так ты знаешь, что это такое? - настаивала Элизабет.

Не могу лгать. Удовольствие, счастье, удовлетворение - все это были необъяснимые для него вещи.

Одной из причин столь яростного стремления к Развязке была его уверенность, что он совершенно точно будет удовлетворен, как только все его клятвы будут выполнены. Как только вся тяжелая работа завершится.

Она ахнула.

- Ты не знаешь. Называешь меня невеждой? Я, сидя в своем "грязном трейлере", смогла испытать кое-что из того, чего твой разум не может постичь!

- Может быть, я и не убью тебя, зато могу покалечить, сломав твои хрупкие кости!

- Это точно. Покалечишь единственного человека, способного научить тебя быть счастливым! - Она стиснула ладонями лоб. - О, Боже… сейчас?

Саройя просыпается?

- Элизабет, не смей уходить. Мы еще не закончили!

Она смотрела на него, прищурившись.

- Лишь соблюдаю условия сделки. Если Саройя считает, что пришел ее черед - я ухожу с дороги, правильно?

- Ты сучка, не смей сбегать! - его голос разносился по пещере.

- А-ха, разбежалась… Ух ты, ухожу прямо у тебя на глазах. Посмотрим, каким счастливым сделает тебя Жница Душ.