Читаем Лонтано полностью

Эрван встал и направился к зеркалу в ванной. Нашлепка на правой брови, другая на виске, третья на ухе: он ожидал худшего. Нос распух. Губа разбита. В остальном – кровавые полосы скоро станут поверхностными корочками.

Бранелек продолжал рассуждать о «сверхсложной кодировке» и «военной кибернетике». Эрван подумал о давно отброшенной версии: мотив связан с прошлым Виссы или с другой тайной. Что-то не имеющее отношения ни к посвящению, ни к культу жестокости в К76.

Его коптское происхождение? Текущие события доказывали, что эта община проявляет активность в связи с терроризмом: они выступили продюсерами «Невинности мусульман», богохульного фильма, направленного против пророка Мохаммеда и вызвавшего волнения во всем мусульманском мире.

Висса – террорист? Крот, засланный в военную школу?

Это не выдерживало никакой критики. Эрван вернулся в комнату.

– А по религиозной части что-нибудь заметил?

– Ни черта. Наш друг вроде не был особо религиозен.

Перед глазами полицейского возник крест, вытатуированный на оторванном запястье.

– О’кей. Даю тебе еще одну ночь.

– Слушаюсь, шеф!

Айтишник исчез. Эрван отметил про себя, что с компьютерщиком он сразу перешел на «ты», а со своими тремя подручными до сих пор на «вы». Потом проглотил две таблетки обезболивающего и приготовил кофе. Комната со всеми компьютерами, принтерами, мониторами и нагревателем все больше напоминала их кабинет в Угро. Он подумал о Крипо – тот сможет продержаться без него до завтрашнего дня.

Аршамбо предложил пойти поужинать, но Эрвану есть не хотелось, к тому же и речи не могло быть, чтоб он демонстрировал свои раны в столовой. По правде, он мечтал только рухнуть в постель. Отпустил лейтенанта и устроился за своим ноутбуком. В тишине комнаты он чувствовал себя как в коконе. Болеутоляющее обволокло его. Таблетки начали действовать. Снаружи наступала ночь и опечатывала вечер…

Он больше не думал ни о безумной жестокости в душевой, ни о мерзкой роже Горса (где он? Где ему оказали медицинскую помощь?). Он вновь видел адмирала с паучьими руками, головой призрака и слишком разросшимися костями. Эта школа одержима его духом.

* * *

Интернет, новый поиск по Ди Греко.

К концу часа переходов по ссылкам, выяснения связей и дедуктивных выводов ему удалось воссоздать, хоть и в сильно усеченном виде, искомую биографию. Отец Пьерфранческо, родом из Ломбардии, обосновался во Франции в пятидесятых годах. После многих лет службы на заморских территориях, то есть в бывших колониях, принял французское гражданство и закончил карьеру в качестве пехотного майора в Джибути. Жан-Патрик, родившийся в сорок третьем, вырос на французских заморских территориях: остров Майотта, Французская Гвиана, Гваделупа. После воздушно-морской школы в Рошфоре он в 1967 году окончил Сен-Сир – первым в выпуске. Начиная с этого момента информация о нем становится скудной и разрозненной. Его карьера окутана тенью. Военный стратег? Шпион? Тайный консультант? В восьмидесятых годах он оказывается на посту командующего крупными морскими судами, потом становится советником по кадрам при проведении важнейших операций: он участвовал в войне в Заливе, но выяснить его истинную роль не представлялось возможным.

О его военных заслугах: ни слова.

О его болезни: ни слова.

О его военной философии: ни слова.

Что касается портретного изображения, то Эрвану удалось обнаружить только снимок 1962 года. Красивый девятнадцатилетний юноша с измученным лицом, прямиком сошедший со страниц какой-нибудь новеллы Эдгара Аллана По.

Эрван вспомнил слова Алмейды по поводу античного боевого furor. Несколько страниц в Инете подтверждали информацию медика: Ди Греко стремился укрепить боевой дух своих людей вплоть до умения высвобождать эту высшую ярость, не теряя над ней контроля, – как американские исследователи в Лос-Аламосе укротили атомную энергию. Мечта старого больного человека…

Его мобильник зазвонил: Невё, криминалист-аналитик.

– Это становится действительно странным. – Он сразу приступил к делу.

– Ну-ка объясни, – приказал Эрван, переходя на «ты».

– Я исследовал несколько заостренных наконечников, найденных сегодня утром на острове, вокруг воронки. И обнаружил в них, конечно в микроскопических количествах, мочевину, глюкозу, мочевую кислоту и гормоны.

– Что это такое?

– Слюна. На первый взгляд убийца их сосал, эти острия, если только не заставил сосать жертву…

– Они не были в теле?

– Нет. Их разбросало в момент взрыва. Кстати, на них следы крови группы Виссы.

Обритый череп, изъятие органов, изнасилование палицей… а теперь еще одна безумная деталь. Несмотря на тлетворную атмосферу в «Кэрвереке», все вело к убийце-одиночке, к тайному безумию психопата. Творение Горса?

– Эти острия… думаешь, они от оружия?

– Не знаю. Слишком маленькие осколки.

– А ДНК слюны?

– Не выйдет. Образцы загрязнены.

– Ты получил острия от Клеманта?

– Жду.

– Сообщи мне, когда рассмотришь их поближе.

– И последнее: на дне воронки были также обнаружены частицы зеркала. Или убийца пользовался им, чтобы наносить увечья, или оно нужно было ему самому.

– То есть?