Читаем Любители тел полностью

На некоторых людей пребывание в тюрьме оказывает благотворное влияние. Гарри Сервис относился как раз к этой категории. Он немного похудел, и лицо его утратило прежнюю враждебность, которую оно хранило на суде.

Он был искренне рад увидеть меня. Правда, в первое мгновение он очень удивился, но ему были хорошо известны все тюремные штучки, и он был уверен, что я с ними тоже знаком, поэтому мы не говорили ни о чем таком, что могло бы ему повредить, когда наша беседа, записанная на пленку, будет изучаться полицией.

– Давно не видели сестру? – спросил я.

– Очень давно. Она умеет доставлять мне беспокойства.

– Она достаточно взрослая, чтобы самой о себе позаботиться.

– Против этого я ничего не могу возразить. Но меня беспокоит то, что она полна желания заботиться обо мне. Я пытался убедить ее, что выпутаюсь сам. После встряски я буду жить честно, можете мне поверить.

– Ну, – сказал я, – хотелось и мне порадовать тебя чем-нибудь, но я не смог найти ее. Она съехала со своей старой квартиры. Один из ее приятелей столкнулся с ней как-то в городе, но на том все и кончилось. Я бы на твоем месте оставил эту затею.

– Ты меня не понимаешь, Майк. Ведь она – единственный близкий мне человек на всем белом свете.

– Может быть, ты знаешь кого-нибудь из ее друзей?

Он многозначительно посмотрел на меня.

– Больше никого не знаю.

– Понятно, – ответил я. – Скажи-ка, а как она себя вела, когда была у тебя в последний раз?

Гарри заерзал на стуле и нахмурился.

– Ну, как тебе сказать… пожалуй, не совсем обычно.

– То есть?

– Не знаю, как тебе объяснить. Она не хотела ничего говорить. Сказала только, что очень скоро у нас все будет в порядке, потому что у нее куча монет. Я не очень-то обратил на это внимание, потому что она это часто говорила. Но на этот раз она не стала объяснять, откуда она их возьмет. Вроде как это большой секрет. Только мне не понравилось выражение ее лица: точь-в-точь как в детстве, когда она делала что-нибудь недозволенное.

– Она не упоминала никого из… своих друзей? – спросил я.

– Говорила, но не в последний раз, а до этого, – ответил Гарри. – Что-то там заварилось, но она не хотела мне об этом рассказывать. Однако я понял так, что она все время собирается принять в этом участие. Смешно, но Грета не из тех, кто легко заводит друзей. Те, с которыми она обычно сходилась, как правило, бывали какие-то чудаки: серединка на половинку.

– Чудаки?

Гарри покачал головой.

– Ну, может, не совсем так. Но во всяком случае это были люди такого типа, которым на все наплевать. Я думаю, что она потому и жила в Гринвич-Виллидж.

– Не слишком-то ты мне помог, – сказал я. – Понимаю, – кивнул Гарри. – Единственное, что мне удалось заметить, когда она у меня была в последний раз, так это вот что: когда она открыла свою записную книжку, я в ней увидел конверт со штемпелем. – Гарри остановился и указательным пальцем написал на столе “Брэдбери”. – Я запомнил это потому, что однажды чуть было не обстряпал там одно дело. Но когда я напомнил ей об этом, она захлопнула записную книжку и сказала, что это, мол, ерунда. Но я-то отлично видел, что она лжет.

– Ты имеешь в виду местечко на Острове?

– Именно. – Он облизнул губы и добавил, как бы вспоминая что-то: – Вот еще что… конверт был светло-зеленый, продолговатый, знаешь, такой, какими бывают конверты для деловых писем.

Я посмотрел на часы. Наше время подходило к концу.

– Ну ладно, дружок, погляжу, что я смогу для тебя сделать.

– Ты действительно сделаешь все, что сможешь, Майк?

– Все, что в моих силах.

Гарри встал и посмотрел на меня испытующим взглядом.

– И, Майк… я не держу на тебя зла за то, что попал сюда. Я в этом сам виноват. Я очень рад, что не подстрелил тебя тогда.

– Тебе повезло немного больше, чем другим, – ответил я, но он ничего не слышал о случившемся вчера ночью, и потому не понял, что я имею в виду.

Возвращаясь в город, я купил на заправочной станции газету и стал просматривать ее. Первые страницы были заполнены репортажами о последних испытаниях атомного оружия и заверениями со стороны идиотов из ООН, что они примут необходимые меры. Как всегда, они пытались сделать из США козла отпущения. Я сплюнул от отвращения и прочел небольшую заметку о ночном инциденте в Хаккард-Билдинг. Отведенное репортеру место в газете было так ничтожно, что никаких сведений обо мне в этих нескольких строчках не содержалось, за исключением того, что я фигурировал как тот самый человек, который обнаружил тело Делани. Сообщалось только, что я натолкнулся на взломщика и подстрелил его, когда он, убегая, пытался выстрелить в меня.

До сих пор, сообщалось далее, не установили личность убитого.

Когда я пришел в бюро, Вельда как раз пила кофе в компании с Гаем Гарднером. Они сидели в разных углах комнаты, оживленно болтая и тщательно избегая той единственной темы, которая их действительно волновала. Атмосфера в комнате, казалось, заключала в себе скрытое беспокойство, исходившее от них обоих.

Гай вынул изо рта сигарету и сказал:

– Опять ты наделал дел?

Я повесил шляпу на крючок.

– О чем ты?

На лице Вельды промелькнуло облегчение.