– Сожалею, Пат, но у меня ничего нет для тебя. В том случае если только полицейский департамент не захочет взять меня на службу.

– Понятно, – пробормотал он. – Могу себе представить. Ладно, тебе лучше убраться отсюда до прибытия прессы. Они и так раздуют это дело, и я вовсе не хочу, чтобы они наткнулись тут на тебя.

– Не обращай внимания, малыш.

– Если что-нибудь узнаешь, дай мне знать.

– Разумеется.

– Пройди через черный ход.

По дороге к выходу я обернулся.

– Может быть, ты будешь так любезен и известишь меня о том, какой оборот примет дело?

Губы Пата скривились в усмешке:

– О'кей, крошка.

Ужинали мы бифштексами у Вельды. Это был домашний ужин, одно из тех мероприятий, которые она обставляла с особой тщательностью. На ней был совершенно свободный в талии синий шелковый халатик, так что когда она расхаживала по квартире, перед взором соблазнительно маячили ее обтянутые шелком бедра и ягодицы. Когда же она уселась напротив меня, отвороты халатика едва запахнулись, открывая глубокую ложбинку между грудями, и стоило ей слегка повести плечами, как отвороты расходились, давая мне возможность насладиться красотой ее бюста.

Наконец я отодвинул тарелку. Бифштекс был съеден, но вкуса его я не почувствовал. Она налила мне кофе, улыбнулась и сказала:

– Видишь, чего тебе не хватало все это время.

– Ты чертенок, – я вынул из кармана сигареты, сунул одну в рот и сказал: – Дашь мне прикурить?

Вельда потянулась за сумочкой, вытряхнула из нее кучу всякой ерунды, после чего нашла спички и дала мне прикурить.

Складывая все обратно, она вдруг помедлила, держа в руках мой бумажник, и сказала:

– С какой стати было заключенному посылать тебе эту штучку?

– Ты же видела письмо. Это входит у них в программу перевоспитания.

– Да нет, я не то имею в виду. Если такие вещи посылают хорошо известным людям, то уж, конечно, им известно о роде их занятий. Особенно о твоем. Очень плохо, что тут нет фамилии того, кто это сделал.

– Давай поглядим.

Я взял бумажник и развернул его. Он был стандартного фасона, с отделениями для визитных карточек, прорезью для удостоверения личности и кармашками для счетов.

– Пусто, – сказал я. – К тому же все вещи проверяются во избежание пересылки заключенными посланий на волю. Это просто рекламный трюк.

– Может быть, там есть потайное отделение? – засмеялась она.

Но я не смеялся. Я уставился на бумажник, затем стал ощупывать линию сгиба. И наконец я нашел его – хитро спрятанный потайной кармашек, который очень трудно найти при поверхностном осмотре… Там-то и была записка.

Она была написана карандашом крошечными заглавными буквами на клочке туалетной бумаги. Я прочел ее дважды, чтобы быть уверенным, что не ошибся. Каждое слово по отдельности.

“Дорогой Майк! Я услышал по радио про убийство рыжеволосой девицы. Моя сестра была знакома с ней и с девчонкой Постон тоже. Я подумал об этом только сейчас. Когда я узнал про смерть Постон, я не придал этому значения, но последняя смерть встревожила меня. Вот уже четыре месяца от Греты нет никаких известий. Найдите ее, пожалуйста, и попросите написать мне. Я заплачу вам, когда выйду отсюда.

Гарри Сервис”.

Вельда взяла у меня записку и, нахмурившись, прочла ее.

– Постон, – сказал она тихо. – Элен Постон. Так звали школьную учительницу, которая покончила с собой.

– Да, это она.

– А этот Гарри Сервис, разве он…

– Да, это я засадил его.

– Тогда почему же он написал именно тебе?

– Может, он не имеет на меня зуба за это. Кроме того, он не из тех парней, которые доверяют копам.

– Что же ты собираешься делать, Майк?

– А что я могу сделать, черт побери!

– Передай это Пату.

– Замечательно! Сразу же все узнают, какая я первостатейная сволочь. Гарри пришлось немало помаяться, чтобы передать мне эту записку. “Страховой агент” – это специально написано, чтобы поддеть меня, а у меня на этот счет больное самолюбие.

Вельда вернула мне клочок бумаги.

– Ты вовсе не обязан оказывать услуги этому Сервису.

– В обычном смысле – нет, конечно. Но хотя я его и сцапал на грабеже и он даже пытался убить меня, он все же считает меня достаточно честным, чтобы иметь со мной дело. – Я еще раз прочел записку. – Это его отчаянная просьба.

– То, о чем ты думаешь, сумасшествие.

– Странный клиент, конечно.

Она неодобрительно пожала плечами.

– Пат ведь не хочет, чтобы ты совался в это дело. Ты просто ищешь неприятностей.

– Черт побери, да я вовсе ничего не собираюсь делать. Я лишь собираюсь отыскать эту пропавшую девушку.

– Это все одни разговоры. Но черт с тобой, ты все равно возьмешься за это дело. Только не начинай прямо сейчас, ладно?

– О'кей.

– О'кей, – повторила она с лукавым видом и прижалась ко мне.

Не успел я и моргнуть, как она расстегнула мой ремень, и я почувствовал, как ее пальчики страстно впились мне в спину.

Глава 3

В досье Гарри Сервиса значилось, что ближайшей родственницей была сестра Грета.