Читаем Любимцы Богини полностью

В субботу, он пришел на остановку за полчаса до отхода автобуса. Среди стоящих на остановке, к своему неудовольствию, Василий обнаружил нескольких офицеров и мичманов с корабля. К сожалению, среди них был и Сысуев. Он не должен был ехать в завод. Наверное, ему надо было что-то передать. Бобылев поздоровался.

– Тетю пришли встречать? – приветливо спросил механик. Василию ничего не оставалось, как утвердительно кивнуть головой: «Только бы он ушел до прихода Лены!». Но бутерброд всегда падает маслом вниз. Именно в тот момент, когда Сысуев, переговорив с ехавшим в смену Исаковским, собрался уходить, подошла Лена. Сысуев, с интересом оглядел ее, дивясь находчивости лейтенанта, и, ухмыльнувшись, подозвал Василия:

– Это Ваша тетя? В понедельник, после подъема флага подойдете ко мне!

В автобусе, наблюдавшая эту сцену Лена, расспросила его о случившемся. Она долго смеялась и несколько раз переспрашивала его: «Так, сколько мне лет, племянничек?»

Погода для отдыха на пляже стояла прекрасная. Народу было немного. В основном, женщины с детьми. Солнце палило изо всех сил, но жары не чувствовалось. Небольшой ветерок смягчал атаку солнечных лучей.

Переодевшись в кабинке, Лена предложила позавтракать. Что-то у нее было приготовлено в большой хозяйственной сумке. У Василия тоже была холщовая сумка. Только поменьше. Лена, подозрительно глядевшая на нее всю дорогу, на пляже, не выдержав, спросила:

– У тебя там бутылки с чем?

– С пивом! Всего две бутылки и половинка хлеба! – простодушно ответил Василий.

– Это твой привычный завтрак? – насмешливо сказала она. – Я пиво по утрам не пью!

Бобылев промолчал. Он решил не раскрывать сюрприз, который решил сделать ей.

Она достала из своей сумки небольшую скатерть и расстелила ее на песке. Затем выложила на нее домашние пирожки, бутербродики с сыром и колбасой, два свежих огурца. Запивать еду она предложила брусничным морсом, для которого имелись бумажные стаканчики. Василий достал из сумки бутылки с «Бархатным» пивом и отнес их на берег в воду. Пусть охладятся. Они почти не разговаривали. Молча зашли в воду и плавали рядом, натыкаясь друг на друга. Искупавшись, позавтракали. Со стороны могло показаться, что это отдыхает семейная пара, давно уставшая друг от друга. Лена сидела на коленях, перед скатертью, и маленькими глотками пила морс из стаканчика, а Василий, лежа на песке, уставившись перед собой, пережевывал два бутерброда с колбасой, которые он сложил в один. Его раздражал белый огонек, временами, загорающийся на Ленином кольце.

– Наверное, дорогое колечко? – с иронией спросил он.

– А тебе, зачем это знать? Дорогое! – с вызовом ответила она.

– Дай посмотреть! Никогда не держал в руках таких дорогих вещей!

– Возьми! – недоверчиво посмотрев на Василия, Лена сняла кольцо с пальца.

«Колечко как колечко, – подумал Василий, внимательно осмотрев его, – я бы купил подороже!». На внутренней поверхности кольца были выгравированы какие-то буквы.

– Михаил! – прищурившись, прочитал он вслух. Спросил, словно не поняв:

– Перепутали, что ли?

– Какой ты смешной! – заулыбалась Лена. – В ЗАГСе обмениваются кольцами. На Мишином кольце мое имя.

Василий отдал Лене колечко:

– Устал лежать! Я схожу вон туда? – Василий показал на стоящие почти у самой воды домики рыбацкой деревушки. – Минут десять, не больше!

Лена, не спрашивая зачем, согласно кивнула головой. Взяв из кармана брюк кошелек, Василий направился в сторону рыбацких хижин. Остановился у калитки ближайшего дома. Во дворе никого. Лодка на катках, стоящая под навесом, разбредшиеся по двору куры. Василий нажал на кнопку звонка, на заборе. Звонок громко зазвенел, откуда-то залаяла собака, куры бросились в рассыпную. Дверь дома открылась, и на порог вышла пожилая женщина, лет шестидесяти пяти.

– Вам кого? – спросила она.

– Здравствуйте! – ответил он. – Митрич дома?

– Всем нужен Митрич, – раздался стариковский голос из-за спины женщины. Подвинув ее, на пороге появился тощий старик в кепке и синем пиджаке:

– Что надо?

– Тут наши ребята у вас чилимов покупали. Может, есть на продажу? – спросил Василий. Весной, когда экипаж был еще в сборе, они брали чилимов у него. Но если нет, можно попробовать и в других домах. Здесь все ими торгуют.

– Есть, последние! Аннушка принеси, то, что осталось.

Аннушка ушла в дом, а старик подошел к калитке. Хитро посмотрев на Василия, старик спросил:

– Один или с девушкой?

– С девушкой! – признался Василий.

– Хорошо. Знаешь, как этот продукт помогает обращаться с ихним полом! Вот сколько ты мне дашь лет?

– Лет шестьдесят! – солгал Василий, желая польстить Митричу.

– Врешь! Мне никто не давал меньше семидесяти. В ноябре будет семьдесят два. А через чилимов даже в мои годы мужская сила не пропадает!

Он наклонился через калитку к Василию. От него пахло самогоном и табаком.

– Вчера Аньке пистон поставил! – сообщил, приблизившись к его уху, старик и захихикал.

– Иди отсюда, козел старый, – полотенце, на котором Аннушка несла газету, с только что отваренными чилимами, сбив кепку, пронеслось над головой Митрича.