Читаем Любимцы Богини полностью

«Когда же коки успели, – подумал он, – ругаем, ругаем этих ребят, а они вон какие молодцы!». Попробовал на вкус пирожок. Попался с паштетом. Но есть не хотелось. Он думал о бурных событиях прошедшего дня. Что это? Пожар – совпадение или подтверждение теории Бобылева? Могли бы они предупредить пожар, если бы успели начать перемешивание воздуха между отсеками? Возможно! В случае, если превышение содержания кислорода основная причина пожара! А, если нет? Пожар все равно бы произошел! Твердых доказательств причин возникновения пожара даже сейчас нет! Ничего страшного. Главное, что все живы и здоровы!

По трансляции объявили:

– Третьей смене приготовиться на вахту!

Комдив-три прервал себя на мысли: «Чего тут думать! То, что так получилось, судьба! Главное, что нам повезло!».

«Мы же любимцы Богини!» – расплылся в улыбке Лавров, вспомнив шутливый разговор с Любой о покровительстве богов.

Несколько по иному, сформулировал свой взгляд на случившееся Иванченко. Разговаривая с Бобылевым о причинах аварии, он напомнил ему: «Если бы тогда, в гостинице, мы не забыли чокнуться рюмками, никакого пожара не было бы!»

Тема везения получила продолжение на следующий день. На вахте Лаврова, на всплытии, при скорости шесть узлов, внезапно раздался сильный металлический скрежет в районе рубки. Штурман растерянно сообщил, что скорость подводной лодки резко упала до нуля. Все находящиеся в центральном посту, разом повернулись в сторону командира. Мало кто понял, что происходит.

– Попали в чей-то трал! – догадался, высказав вслух, вахтенный офицер Шура Тимченко. Несколько секунд, показавшихся всем вечностью, Хорольский ничего не предпринимал, собираясь с мыслями. Затем, спросил Лаврова:

– Как обороты на винт?

Лавров запросил пост управления главной энергетической установкой. Пульт доложил о том, что обороты без изменений.

– Это хорошо! – произнес командир. – Контролировать температуру главных упорных подшипников! Периодичность докладов две минуты!

Лавров понял, почему ему хорошо. Повезло с тем, что рыболовная сеть не намоталась на винты. Но один неверный шаг, и она опутает их. Хорольский приказал увеличить обороты на винт. Минимум двенадцать узлов должен был показывать лаг при таких оборотах линии вала! Но показания лага оставались на нуле. Лицо командира побагровело. Со словами:

– Сейчас кто-то станет нищим! – Хорольский перевел ручки обеих машинных телеграфов в положение «Самый полный ход». – Обе турбины самый полный ход!

Все время, в течение которого операторы поднимали мощность реактора и осуществляли переход на движение от обеих линий валов, Лаврова не покидало ощущение того, что К-30 медленно превращается в сверхмощный сгусток энергии, который ничто не сможет удержать. Корпус загудел от напряжения. Штурман начал докладывать увеличение скорости хода. Но рыбак не спешил расставаться с дорогостоящей снастью. Он еще надеялся заставить всплыть гигантскую стальную рыбу. Хорольский приказал продолжать погружение. Лавров представил, что делается сейчас там, наверху, на рыболовецком судне. На судне паника. Его тянет назад и в глубину, несмотря на работающие на полный вперед машины.

Скрежет в районе рубки усилился и внезапно полоснул по корпусу стальным ударом троса трала, оторвавшегося от рыбака. Боязнь потерять и судно, и трал заставила капитана рыболовецкого судна пожертвовать тралом. Благоразумие одержало верх.

Ход сбавили до самого малого. Металлический скрежет больше не слышался. Энергоотсеки доложили о работе установки без замечаний.

«Обычно в газетах пишут об американцах, французах и англичанах, которые попадаются в рыбацкие сети. Создается впечатление, что только они бывают причиной этих происшествий. Но ведь мы ходим в тех же морях и также не застрахованы от подобных случайностей! – думал тогда Лавров. – И поступать должны точно также. Атомоход, пойманный в сети рыболовецким суденышком – это не то, что смешно, это позор!».

Через трое суток К-30 прибыла в новый район и приступила к выполнению поставленных задач.