Читаем Лицеист полностью

— Между мною и тобою — четыре ступени, а мой резерв вырос на две… либо из-за недостаточного количества «строительного материала», либо из-за слишком большой разницы в уровнях. В любом случае в следующий раз стоит перетягивать «настройки» резерва у «донора» послабее. Правда, есть вопрос. Вернее, два: стоит ли тормозить общее развитие ради увеличения резерва и получится ли усиливать этим способом кого-либо, кроме меня.

Целительница попросила описать логику воздействия, давшего такой результат, выслушала мой рассказ, закончила терзать мою тушку и снова легла на бок:

— Мне кажется, что ускорять ваше и без того аномально быстрое развитие еще сильнее не стоит: вы и так привлекаете слишком много внимания власть имущих. Поэтому стоит попробовать сосредоточиться на целенаправленном усилении объемов резерва, скорости его восполнения и проводимости каналов энергетической системы. Причем не только ваших, но и всех значимых членов рода. Ведь это даст вам воистину сумасшедший прирост эффективности при видимой слабости. А для того, чтобы понять, реальны такие изменения или нет, нужен ряд экспериментов. По возможности, под присмотром Валентины Алексеевны. Но, на мой взгляд, стоит начинать с усиления другого типа…

— Какого именно?

Тут она приподнялась на локте и… заставила меня почувствовать себя идиотом:

— Мой господин, насколько я знаю, первые попытки освоить наполнение высокоранговых плетений из связки резерв-накопитель проводятся на пятой-шестой ступени ранга мастер и только после комплекса процедур «очистки», выполненной высокоранговыми целителями. Поэтому более-менее серьезные успехи в освоении этого навыка появляются именно с этого уровня и… только у восемнадцати целых и семи десятых процента Одаренных. Кстати, Светлана Романовна смогла преодолеть этот рубеж, а Раиса Александровна, при всей ее мощи — нет. Так вот, если вы научитесь нас через него переводить, то у каждого члена рода появится второй, внешний резерв. А он, ограниченный только емкостью накопителей, даст куда больший прирост живучести, чем подъем на три-четыре ступени…

Советы Шаховой всплыли в памяти сами собой, и я, проанализировав их под новым углом зрения, активировал взгляд в себя. Резерв, увеличившийся в объеме, позволял тянуть Силу достаточно долго, вот я и изучал этот процесс до тех пор, пока не почувствовал что-то вроде сродства. Потом «вернулся в реальность», уставился на Незаменимую и облизал пересохшие губы:

— Дай мне руку с накопителем и потяни в какую-нибудь высокоранговую структуру самый мизер Силы!

Окажись на ее месте любой другой Одаренный, мгновенно вспомнил бы о риске иссушить ядро, доиграться до деградации энергетической системы и потерять Дар. Но Валя верила, поэтому, не колеблясь, сделала именно так, как я сказал. А через миг среагировала на приказ остановиться и, следуя новому распоряжению, «отдала» ту же порцию Силы обратно.

— Еще раз. Весь цикл! — потребовал я и продолжил изучать крошечные завихрения, появлявшиеся в момент подключения к накопителю, «пятнышко» какой-то «примеси», двигавшееся по магистральному каналу, и его «шлейф», постепенно увеличивавшийся в объеме.

Последний меня и взбесил. В смысле, помог пробудить ярость и люто возненавидеть очередные «шероховатости», имеющие наглость мешать моей Слуге развиваться так, как нужно мне. Вот я всю ее и приголубил. На половину резерва. Параллельно «вдавливая» то, что до этого видел в себе.

«Пятнышко» как ветром сдуло. Вместе со «шлейфом» и завихрениями. А поток Силы из накопителя целительницы обрел требуемый «вид».

— Валь, потяни чуть больше… — попросил я, убедился в том, что «поток» ничем не отличается от моего, и… наступил на горло собственной песне: — Так, стоп! В смысле, достаточно: в шесть утра поднимем Валентину Алексеевну и заставим проконтролировать процесс во всех режимах. А пока расслабляемся и наслаждаемся оставшимися минутами общения тет-а-тет…

…С Раисой Александровной я пересекся в гараже ровно в четыре сорок пять утра и попросил сесть за руль, так как эксперимент с увеличением резерва и одномоментный слив половины его объема на новое заклинание с условным названием клише снова «взбаламутил» энергетику.

Земляничка, толком не успевшая проснуться,

коротко кивнула, а после того, как с моей помощью опустилась в водительское кресло, требовательно протянула левую руку, «поймала» воодушевляющее касание и окончательно проснулась. Впрочем, молчание прервала только за Стальными воротами, невесть с чего вернувшись к уже решенному вопросу:

— Самая любимая часть моей коллекции трофейных машин на самом деле находится в Рязани, а эти не жалко…

— Значит, мой первый «Шквал» — расходник? — ехидно поинтересовался я и… здорово удивился, увидев подтверждающий кивок:

— Да. Ведь в тот момент я была не готова дарить тебе что-либо более серьезное. Зато, полюбив по-настоящему, заказала нам новые «Искорки».

— Я тоже люблю. И тебя, и твою прямоту, и «расходник». Поэтому-то и не готов его кому-либо одалживать.