Читаем Лист полностью

чтоб, если кончена война,отликовали костылями,не леденело б сердце надконцлагерями канцелярий.

Феерия

Л. Брик

Уснули улицы-кварталыстоличной службы и труда.Скульптуры конные — кентавры,и воздух в звездах как вода.И воздух в звездах, и скульптурыабстрактных маршалов,                      матрон.И человек с лицом Сатурнаспит на решетке у метро.На узких улицах монахив туннелях из машин снуют,на малолюдном Монпарнасенам мандарины продают,стоит Бальзак на расстояньи(не мрамор — а мечта и мощь!).Все восемь тысяч ресторановобслуживают нашу ночь!На площади Пигаль салоны:там страсти тайные, и там…А птицы падают, как слезы,на Нотр-Дам,на Нотр-Дам!

1

Он появился, как скульптурана набережной.Наш старикпришел сюда с лицом Сатурна,сюда,и сам себя воздвиг.Старик всю жизнь алкал коллизий,но в президенты не взлетел.Все признаки алкоголизмацитировались на лице.В пижаме из бумажной прозы,изгоев мира адмирал,он отмирал.И то не просто —он аморально отмирал.Он знал: его никто не тронет,все в мире — бред и ерунда.Он в тротуар стучал, как тростью,передним зубоми рыдал:— Я ПОТЕРЯЛ ЛИЦО!Приятель!Я — потерял.Не поднимал?Но пьян «приятель». И превратноприятель юмор понимал:— Лицо?С усами?(И ни мускулне вздрогнул. Старичок дает!)Валяется тут всякий мусор,возможно, поднял и твое!

2

Какое красок обедненье!И номера домов бледнели,на Сене шевелились листья,на Сену угольщики шли.У женщин уличные лицау Тюильри,у Тюильри.На Сене вспыхивали листья,как маленькие маяки,за стеклами           шоферов лица —бледно-зеленые мазки.Многоугольны переплетыокаменелостей-домов.Все номера переберетеу многовековых домов,откроете страницу двери,обнимете жену, как правду,под впечатлением таверныпротараторите тираду,что стала ваша жизнь потолще,что вы тучнеете, как злаки,что лица вашего потомства —как восклицательные знаки!Прохожий, ты, с улыбкой бодрой,осуществи, к примеру, подвиг:уединись однажды ночью —поулыбайся в одиночку.Не перед судьями Сорбонны,не перед женщиной полночной,не перед зеркалом соборным —поулыбайся в одиночку.Ни страха глаз не поубавив,ни слезы не сцедив с ресниц, —дай бог тебе поулыбаться,во всяком случае рискни!Когда идет над берегами,твердея, ночь из алебастрана убыль,Ты,ты,не балаганя,себевсерьезпоулыбайся!

3

Сидела девочка на лавке,склоня вишневую головку,наманикюренные лапкиее лавировали ловко.Она прощупывала жаднолицо, чтобы его приклеить,лицо,которое держалана лакированной коленке.Она с лица срезала каплисует излишних,слез излишних,ее мизинчик — звонкий скальпель —по-хирургически резвился.
Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Дыхание ветра
Дыхание ветра

Вторая книга. Последняя представительница Золотого Клана сирен чудом осталась жива, после уничтожения целого клана. Девушка понятия не имеет о своём происхождении. Она принята в Академию Магии, но даже там не может чувствовать себя в безопасности. Старый враг не собирается отступать, новые друзья, новые недруги и каждый раз приходится ходить по краю, на пределе сил и возможностей. Способности девушки привлекают слишком пристальное внимание к её особе. Судьба раз за разом испытывает на прочность, а её тайны многим не дают покоя. На кого положиться, когда всё смешивается и даже друзьям нельзя доверять, а недруги приходят на помощь?!

Ляна Лесная , Of Silence Sound , Франциска Вудворт , Вячеслав Юшкевич , Вячеслав Юрьевич Юшкевич

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Фэнтези / Любовно-фантастические романы / Романы