Читаем Лист полностью

Он собирал загадочные кремни:ресницы Вия, парус Магеллана,египетские профили солдат,мизинцы женщин с ясными ногтями.Что каждый камень обладает сердцем,он говорил, но это не открытье,но то, что сердце — середина тела,столица тела, это он открыл.Столица, где свои автомобили,правительства, публичные дома,растения, свои большие птицы,и флейты, и Дюймовочки свои…Был вечер апельсинов и помады.Дворцы совсем сиреневые были.Париж в вечернем платье был прекрасен,в вечернем и в мемориальном платье.

"Знал и я раньше"…

Знал и я раньше,да и недавно,страх страницы…Написать разве,как над Нотр-Дамомптицы, птицы.Рассветал воздух,воздух звезд. Луныуплывали.Транспорт пил водухимии. Люди —уповали.Про Париж пелибоги и барды(ваша — вечность!).Ведь у вас — перлы,бал — баллады,у меня — свечка.И метель в сердце —наверстай встречи!Где моя Мекка?В жизни и смертиу меня — свечка,мой значок века,светофор мига,мой простой праздник,рождество, скатерть…Не грусти, милый,все — прекрасно,как — в сказке.Гении горя(с нашим-то стажем!),мастера муки!Будь же благ, город,что ты дал дажерадость разлуки.Башенки Лувра,самолет снится,люди — как буквы,лампочки — луны,крестики — птицы…Будь — что будет!

Исповедь Дедала

М. Кулакову

В конце концов признанья — тоже поза.Придет Овидий и в «Метаморфозах»прославит имя тусклое мое.Я лишь Дедал, достойный лишь Аида,я лишь родоначальник дедалидов,ваятелей Афин и всех времен.В каком-то мире, эллинов ли, мифов,какой-то царь — и Минос и не Минос,какой-то остров — Крит или не Крит.Овидий — что! — Румыния, романтик,я вовсе не ваятель, — математик,я Миносу построил Лабиринт.Все после — критских лавров ароматы,Геракл и паутинка Ариадны,Тезея-Диониса маета,Плутарха историческая лирао быко-человеке Лабиринта,чудовище по кличке Минотавр.Все — после. Миф имеет ипостаси.Я не художник. Я — изобретатель.Лишь инструменты я изобретал:топор, бурав и прочие…                         а кроме,пришел на скалы, где стоял Акрополь,и где (я знал!) стоит художник Тал.Там он стоял. В сторонке и отдельно.В темнеющей от вечера одежде,ладони рук, приветствуя, сомкнул.Я поприветствовал и, обнимаяи постепенно руки отнимая,отпрянул я! И со скалы столкнул.Сын брата моего и мой племянник,для девушек — химера и приманка,для юношей — хулитель и кумир,мечтатель мальчик с мышцами атлета,вождь вакханалий с мыслями аскета,которого учил я и кормил,которого ни слава не манила,ни доблести, и не было мерилав его судьбе — сама собой судьба.Животное и труженик. Неверно —«раб творчества» или «избранник неба»,все проще: труд избранника-раба.
Перейти на страницу:

Похожие книги

Монстры
Монстры

«Монстры» продолжают «неполное собрание сочинений» Дмитрия Александровича Пригова (1940–2007). В этот том включены произведения Пригова, представляющие его оригинальный «теологический проект». Теология Пригова, в равной мере пародийно-комическая и серьезная, предполагает процесс обретения универсального равновесия путем упразднения различий между трансцендентным и повседневным, божественным и дьявольским, человеческим и звериным. Центральной категорией в этом проекте стала категория чудовищного, возникающая в результате совмещения метафизически противоположных состояний. Воплощенная в мотиве монстра, эта тема объединяет различные направления приговских художественно-философских экспериментов: от поэтических изысканий в области «новой антропологии» до «апофатической катафатики» (приговской версии негативного богословия), от размышлений о метафизике творчества до описания монстров истории и властной идеологии, от «Тараканомахии», квазиэпического описания домашней войны с тараканами, до самого крупного и самого сложного прозаического произведения Пригова – романа «Ренат и Дракон». Как и другие тома собрания, «Монстры» включают не только известные читателю, но не публиковавшиеся ранее произведения Пригова, сохранившиеся в домашнем архиве. Некоторые произведения воспроизводятся с сохранением авторской орфографии и пунктуации. В ряде текстов используется ненормативная лексика.

Дмитрий Александрович Пригов

Поэзия
Дыхание ветра
Дыхание ветра

Вторая книга. Последняя представительница Золотого Клана сирен чудом осталась жива, после уничтожения целого клана. Девушка понятия не имеет о своём происхождении. Она принята в Академию Магии, но даже там не может чувствовать себя в безопасности. Старый враг не собирается отступать, новые друзья, новые недруги и каждый раз приходится ходить по краю, на пределе сил и возможностей. Способности девушки привлекают слишком пристальное внимание к её особе. Судьба раз за разом испытывает на прочность, а её тайны многим не дают покоя. На кого положиться, когда всё смешивается и даже друзьям нельзя доверять, а недруги приходят на помощь?!

Ляна Лесная , Of Silence Sound , Франциска Вудворт , Вячеслав Юшкевич , Вячеслав Юрьевич Юшкевич

Любовное фэнтези, любовно-фантастические романы / Поэзия / Фэнтези / Любовно-фантастические романы / Романы