Сергея, объяснил доктор, подобрали на улице, и «скорая» привезла его сюда. Выяснилось, что он очень болен, и пришлось делать срочную операцию на почках. Но теперь все нормально, и его скоро выпишут.

Кормили в больнице совсем недурно – не то что в армии, и Сергей чувствовал себя все лучше и лучше. А если случалось недомогание, то миловидная медсестра делала ему инъекцию, и Карнаков погружался в сладкий сон. В общем, ему здесь нравилось.

Но дней через десять Николай Николаевич сказал, что Сергей полностью выздоровел и теперь его выпишут.

Карнакова посадили в «скорую», окна которой были занавешены. Ехали долго, часа три. Наконец машина остановилась.

И тут произошло совсем уж неожиданное: сопровождавший Сергея санитар вытащил из бумажника деньги, как выяснилось – пять тысяч рублей, и передал Карнакову. Это помощь от шефов, сказал мужик, и распрощался с подопечным.

Сергей был счастлив до глубины души. Он позвонил одному из своих знакомых, который практически не пил, предпочитая сидеть на игле, и рассказал о том, что с ним произошло. Приятель удивился, но, услышав о пяти тысячах, удивляться перестал и предложил Сергею попробовать «снежок».

Так первый донор клиники Келаря, у которого вырезали почку, стал наркоманом…

А сейчас он, вспомнив совет наркодилера, оделся, взял большую адидасовскую сумку и здоровый молоток с острым наконечником. Немного подумав, надел темные очки. После чего двинулся на улицу в поисках прикинутых «старух да молодух», которые шастают по подворотням и подъездам. При этом Сергей старался не уходить далеко от местожительства своего наркодилера.

Подполковник Делягин и Зяблик

15 августа, вторник: утро

Зяблик проснулся с тяжелым чувством. Сегодня надо было расплачиваться с Мясником, а откуда взять лаве, он так и не придумал. За его видавшую виды «шестерку» можно было получить разве что штуки две баксов. Вот если только свою двухкомнатную квартиру загнать?.. Ну а жить-то тогда где, ядрена вошь? Бомжем стать?

А что Мясник его точно «закопает» – сомнений не было. Репутацию этот мужик имел очень серьезную. С ним предпочитали не связываться братаны из самых крутых бригад.

В башке все ещё крутилась идея: сдать Албанца. Но как это сделать, не подставив самого себя?

Тягостные размышления Зяблика прервал телефонный звонок.

– Ну? – хмуро обозначил несчастный жулик свою готовность к контакту с неизвестным собеседником.

– Зяблик! Да ты прям новатор в телефонных переговорах. Я же ограничусь традиционным приветом.

– Подполковник Делягин! – обрадованно воскликнул стукач.

– Он самый. Слушай, парень, надо срочно встретиться. Через час сможешь быть на старом месте?

– Йес, товарищ генерал!

– Вот и ладненько.

Встречались они всегда в ресторане, хозяин которого так и не удосужился придумать ему название (как и владелец любимого заведения Лухаря, которое сколковский завскладом называл «У Аси»). Располагалась ресторация на задворках Казанского вокзала, в неприметном переулке, и, не имея никакой наружной рекламы, была малопосещаема.

Когда Зяблик добрался до заведения, там уже находился Делягин и наворачивал пиво с красной рыбой. Зяблик тоже не отказался бы ни от того, ни от другого, но катастрофические последствия игры в секу лишили его этого удовольствия, а подполковник угостить своего стукача как-то не догадался.

Последующий их диалог проходил в таком режиме: один наслаждался скромными радостями бытия, а другой смотрел ему в рот.

– Вот какое дело, Зяблик, – начал подполковник, опорожнив очередную кружку, – перевели меня в другую организацию. УБНОНом называется. Знаешь, что это такое? Данная контора с наркодельцами борется. Так вот – придется и тебе переквалифицироваться.

Зяблик погрустнел – дело это ему показалось никчемным, тем более что он совсем не знал его специфики. К тому же в мозгу стукача зудела одна мысль: зная все подробности недавней ликвидации Бимбера, он может кое-что с этого поиметь. Ведь за сведения, проливающие свет на убийство банкира, обещана награда в миллион баксов!

– Ну что ж, коли надо – переквалифицируюсь, – вяло откликнулся Зяблик на предложение подполковника и вдруг решил сыграть ва-банк. – Но вот какое дело, у меня сейчас с бабками туго, а тут я прочел в газетах, что за любое сообщение об убийстве банкира Бабурина большие баксы дают. – И он выразительно посмотрел на своего опекуна.

Тот бросил на стукача проницательный взгляд.

– Во-первых, повторяю, я уже работаю в другом ведомстве и мне этот Бимбер до фени. А во-вторых, если ты что-то знаешь про это мочилово, не советую даже заикаться о нем. И так всем известно, что завалили банкира сколковцы, однако действий против них никаких не предпринимается. В любом случае ни хрена ты не получишь. Что-нибудь где-нибудь сболтнешь на эту тему, самого же тебя и закопают.

Услышав второй раз за короткое время одну и ту же угрозу – «закопают» (сначала от Мясника, а теперь от Делягина), Зяблик невольно вздрогнул.