– Ну что ж, Албанец хорошо разбирается, кто за это ответить должен. Кое-кто получит «желудь» в тупую башку, и все дела.

– Пройдем-ка в мой кабинет.

Они уселись в мягкие кресла, и неожиданно для Лухаря Посланник достал из бара бутылку коньяка и два фужера. Даже нарезал лимончик.

– Петр, у меня большие неприятности. И они будут ещё больше, если не завалить одного сукина сына.

– Ну и?..

– Не возьмется ли твой Албанец за это дело?

Лухарь искренне рассмеялся.

– Да мы теперь все под дулом его винтовки ходим. Какие у нас могут с ним быть дела? Сегодня прожил день – и слава богу.

– Необязательно говорить киллеру, что заказ идет от кого-то из сколковцев. Петр, если того парня не загасить – мне кранты, – признался Посланник. Он явно не шутил.

– Да в чем, собственно, дело? – нагнулся к «третьему человеку» заинтригованный Лухарь.

– Не думаю, что стоит об этом рассказывать. Но сто штук гринами я гарантирую.

Лухарь почесал затылок.

– Я так думаю, что Албанец уже сыт по горло всякими там гарантиями. Здесь один вариант – бабки вперед.

– Согласен, – быстро ответил Посланник.

А дело было в том, что к нему не далее как сегодня утром наведался Сергей Хохляков и продемонстрировал живописные кадры, снятые на покровской квартире. Детектив обещал показать эти кадры Диане и Келарю и, чтобы этого не произошло, потребовал пятьдесят тысяч долларов. Иван Несмелов хорошо знал такую породу людей – разовой подачкой от них не откупишься. Мерзавец все равно может пойти и к Диане, и к Келарю или опять к нему же, Посланнику. Надежнее и дешевле ликвидировать шантажиста.

– А клиент? Кто он такой? – профессионально поинтересовался Лухарь. Он уже совсем вошел в роль диспетчера заказных ликвидаций.

– Я его где-то видел. Кажется, он работает на детективное агентство «Атлант». Так или иначе, мы с ним завтра встречаемся недалеко от нашего офиса в моем автомобиле. Я ему передам пятьдесят штук. Потом его можно проследить. Бабки мои после ликвидации хорошо бы у него забрать.

– Ладно, Посланник, я попробую. Но, повторяю, гонорар сразу. Хватит Албанцу голову дурить. Доиграемся мы с ним. Ему ведь человека завалить – как чихнуть.

Иван немедленно встал и открыл сейф, отсчитал требуемую сумму.

– Значит, завтра мы с ним встречаемся в десять утра в моей тачке в районе кольцевой дороги на повороте к нашему офису.

Тяжко вздохнув, Лухарь сунул башли в свою необъятную сумку.

– И еще… – Посланник допил свой коньяк и продолжил: – Хочу тебя предупредить. С сегодняшнего дня твой дом ставится под наблюдение, а телефон на прослушку. По городу можешь передвигаться свободно, но в гости приглашай только безобидных товарищей. Звонить же тебе придется лишь по телефону-автомату.

– Вот за это спасибо, – очень серьезно сказал Лухарь.

Возвращаясь домой, он остановил машину возле ближайшей телефонной будки.

– Зяблик?! Как дела идут?.. Ах, вот что! Ну, хорошо, я тебе дам в долг, сколько надо. Да, мне больше не звони и ко мне не заезжай. Встретимся сегодня в восемь вечера в заведении «У Аси».

ЧАСТЬ ЧЕТВЕРТАЯ

Судьба общака

Картуз и Мыловар

15 августа, вторник: день

Мыловар мотнул головой в сторону спецшколы:

– Смотри, братан. Кроме того «мерса», что мы пасем, других иномарок нет.

– Брать детей из школы на крутых тачках – это, Мыловар, дурной тон, – нравоучительно пояснил напарник. – Так только новые русские поступают, – с ухмылкой добавил он.

– Гляди, сторож из «мерина» вылезает. При полном параде мужик! – Мыловар имел в виду, что в достаточно жаркую погоду охранник оказался не только в пиджаке, но ещё и в жилетке. – Видать, сейчас девчонка появится. Пора. – И бандит стал пристраивать на сарделькообразные пальцы кастет.

Хотя Варгуз и советовал своим посланцам действовать открыто, оба братана считали, что почем зря светиться ни к чему – можно спалиться очень быстро. И напарники надели седоватые парики, такой же масти приклеили бороды и усы – косили под немощных стариков.

Между тем амбал-охранник, стоявший теперь рядом с «мерсом», призывно махнул рукой в сторону школьного подъезда. От толпы учеников отделилась махонькая девочка с короткой стрижкой и двинулась в сторону машины.

Оба бандита синхронно вскочили со скамейки, с которой вели наблюдение, и каждый направился, согласно плану, к своим объектам – Картуз к девочке, Мыловар к водиле.

Договорились так: когда школьница будет шагах в десяти от верзилы-секьюрити, Мыловар его вырубит. И братан приближался к водиле, искоса поглядывая, далеко ли находится первоклассница.

Охранник же, ранее пристально обозревавший окрестности, теперь не сводил с девчонки глаз, поджидая её в тени деревьев у тачки. Он не замечал подкрадывавшегося к нему сбоку «старичка».

Мыловар тем временем подобрался чуть ли не вплотную к охраннику и тут убедился, что первоначальная его идея – сбить телохранителя с ног ударом кастета в висок – не проходит. Водила оказался слишком высок, а у Мыловара к тому же руки были хоть и могучи, но непропорционально коротки. При таком раскладе братан мог только поцарапать охранника кастетом, но вряд ли сбить с ног и оглушить.