Читаем Лики прошлого полностью

Между тем, сама идея консервирования и пересадки яичек имела смысл и была не так уж сложна в реализации. Изучая действие отечественного препарата цигерола на заживление ран, невольно пришлось заниматься и вопросами лечения термических ожогов кожи, подготовки поверхности к пересадке, т. е. пластического закрытия дефекта.

Ревнивая любовница облила пьяного сожителя бензином и подпалила ему промежность. Более года находился бедолага на лечении, хотел покончить жизнь самоубийством.

У трагически погибшего молодого человека с идентичной групповой принадлежностью были взяты и консервированы яички и подсажены в прямую мышцу живота, а в области мошонки подсажены шарики бадминтона, которые создавали иллюзию яичек. О наших хитростях больной не знал. Долгие годы приходил он ко мне на проверку и консультации и всегда благодарил за хорошо функционирующие яички.

Как-то мне в руки попала маленькая статья, любовно вырезанная автором и переплетенная в твердую обложку. Содержание ее меня заинтересовало, так как там взволнованно описывался случай полного отсечения пальцев рук у девочки 10 лет и отсеченные пальцы были в больнице промыты и тут же пришиты на свои места, но без сосудистого шва. Удивительное заключалось в том, что пальцы прижились, и уж во всяком случае не отторглись. Была дана фотография прижившихся пальцев.

Спустя некоторое время, я был командирован в один из районов для работы в больнице, куда был доставлен ребенок двух лет с отрубленными пальцами правой кисти. Обезумевшая мать принесла с собой и пальцы, которые она отрубила своему ребенку. Оказывается, мать секирой готовила свеклу к кормлению животных, и ребенок в этот момент подставил свои пальчики под удар. Перед глазами ярко всплыли страницы накануне читаемой статьи, так поразившие меня своим хорошим результатом.

Отрубленные пальчики были промыты и положены в теплый физиологический раствор с пенициллином. Ребенку дали общий наркоз и в строго асептических условиях было произведено пришивание пальчиков. Вся эта работа была уложена на гипсовую основу. К огромному моему удивлению пальчики не теряли естественный цвет, а на вторые сутки мать забрала ребёнка и ушла из больницы домой, объявив, что без нее погибнут животные. Мне же казалось, что у родителей было недоверие ко мне, молодому врачу, и это явилось причиной скоропостижной выписки. Текущая работа захватила меня полностью, и уже не было времени для выяснения, какому врачу был доверен ребенок. Спустя месяц меня срочно вызвали с операционной сестрой на хутор, где малолетний правонарушитель в упор выстрелил из двухстволки в начальника милиции. Самолетом мы были доставлены туда и не успели выйти в поле, как к нам двинулась толпа людей, а среди них была мать с тем самым ребенком, которому я пришивал пальчики. Пока мы ехали в машине к месту происшествия, мать показала мне прижившие пальчики и, что самое невероятное, сохранившие умеренно функцию. Больше этого ребенка я никогда в жизни не встречал… Зато уверенность в максимальном сохранении ткани больной конечности осталась практически навсегда.

Знакомство со специальной медицинской литературой практически всегда помогает в решении казалось бы крайне неожиданно возникающих сложных вопросов врачебной жизни.

Профессор Богораз во всех своих исследованиях подчеркивал значимость основного питающего ствола для жизнеобеспечения ткани конечности. Идея эта была лишь в теории, но на практике никогда ее не использовал до внезапного случая. В хирургическое отделение был доставлен студент строительного института, который работал в котловане строящегося дома, и ему землеройным ковшом раздробило кости голени и разорвало мышцы. Ногу, лежащую рядом, не отдирая от брюк, положили с больным на щит и привезли в больницу. При первом осмотре в приемном отделении опытным врачом стало ясно, что стопа подлежит удалению немедленно, что и было доверено сделать молодому врачу-хирургу. В операционной после тщательной ревизии места поражения было обнаружено весьма удивительное: сосудисто-нервный пучок полностью сохранен, а сама стопа жизнеспособна, что нельзя было сказать о значительной группе мышц и костном фрагменте.

Перейти на страницу:

Похожие книги

Сталин
Сталин

Главная книга о Сталине, разошедшаяся миллионными тиражами и переведенная на десятки языков. Лучшая биография величайшего диктатора XX века, написанная с антисталинских позиций, но при этом сохраняющая историческую объективность. Сын «врагов народа» (его отец был расстрелян, а мать умерла в ссылке), Д.А. Волкогонов не опустился до сведения личных счетов, сохранив профессиональную беспристрастность и создав не политическую агитку, а энциклопедически полное исследование феномена Вождя – не однодневку, а книгу на все времена.От Октябрьского «спазма» 1917 Года и ожесточенной борьбы за ленинское наследство до коллективизации, индустриализации и Большого Террора, от катастрофического начала войны до Великой Победы, от становления Свехдержавы до смерти «кремлевского горца» и разоблачения «культа личности» – этот фундаментальный труд восстанавливает подлинную историю грандиозной, героической и кровавой эпохи во всем ее ужасе и величии, воздавая должное И.В. Сталину и вынося его огромные свершения и чудовищные преступления на суд потомков.

Дмитрий Антонович Волкогонов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
П. А. Столыпин
П. А. Столыпин

Петр Аркадьевич Столыпин – одна из наиболее ярких и трагических фигур российской политической истории. Предлагаемая читателю книга, состоящая из воспоминаний как восторженных почитателей и сподвижников Столыпина – А. И. Гучкова, С. Е. Крыжановского, А. П. Извольского и других, так и его непримиримых оппонентов – С. Ю. Витте, П. Н. Милюкова, – дает представление не только о самом премьер-министре и реформаторе, но и о роковой для России эпохе русской Смуты 1905–1907 гг., когда империя оказалась на краю гибели и Столыпин был призван ее спасти.История взаимоотношений Столыпина с первым российским парламентом (Государственной думой) и обществом – это драма решительного реформатора, получившего власть в ситуации тяжелого кризиса. И в этом особая актуальность книги. Том воспоминаний читается как исторический роман со стремительным напряженным сюжетом, выразительными персонажами, столкновением идей и человеческих страстей. Многие воспоминания взяты как из архивов, так и из труднодоступных для широкого читателя изданий.Составитель настоящего издания, а также автор обширного предисловия и подробных комментариев – историк и журналист И. Л. Архипов, перу которого принадлежит множество работ, посвященных проблемам социально-политической истории России конца XIX – первой трети ХХ в.

Коллектив авторов , И. Л. Архипов , сборник

Биографии и Мемуары / Документальное