Читаем Лесной царь полностью

Я скромно высказал лишь правду, без сомненья.Ведь это только вы мирок нелепый свойСчитаете за все, за центр всего творенья!А я – лишь части часть, которая былаВначале всё, той тьмы, что свет произвела,Надменный свет, что спорить стал с рожденьяС могучей ночью, матерью творенья.Но все ж ему не дорасти до нас!Что б он ни породил – все это каждый разНеразделимо связано с телами,Произошло от тел, прекрасно лишь в телах,В границах тел должно всегда остаться,И – право, кажется, недолго дожидаться —Он сам развалится с телами в пух и прах.

Фауст

Так вот твое высокое значенье!Великое разрушить ты не мог,Тогда по мелочам ты начал разрушенье!

Мефистофель

Что делать! Да и тут старался я не впрок.    Дрянное Нечто, мир ничтожный,    Соперник вечного Ничто,Стоит, не глядя ни на что,    И вред выносит всевозможный:Бушует ли потоп, пожары, грозы, град —И море, и земля по-прежнему стоят.С породой глупою звериной и людскоюБороться иногда мне не хватает сил —Ведь скольких я уже сгубил,А жизнь течет себе широкою рекою.Да – хоть с ума сойти – все в мире так ведется,Что в воздухе, в воде и на сухом пути,В тепле и в холоде зародыш разовьется.Один огонь еще, спасибо, остается.А то б убежища, ей-богу, не найти!

Фауст

Итак, великой, животворной,Могучей силе всеблагойТы тщетно, демон непокорный,Грозишь коварною рукой!Другое лучше выдумай стремленье,Хаоса странное творенье!

Мефистофель

О том подумать сами мы хотим…Но после мы с тобой еще поговорим;Теперь могу ль я удалиться?

Фауст

К чему такой вопрос? Иди.Твое знакомство пригодится:Когда захочешь, приходи.Не хочешь ли в окно – открытая дорога!Не то – в трубу ступай; не заперта и дверь.

Мефистофель

Нет, трудновато выйти мне теперь —Тут кое-что мешает мне немного:Волшебный знак у вашего порога.

Фауст

Так пентаграмма этому виной?Но как же, бес, пробрался ты за мной?Каким путем впросак попался?

Мефистофель

Изволили ее вы плохо начертить,И промежуток в уголку остался,Там, у дверей, – и я свободно мог вскочить.

Фауст

Да, случай над тобой удачно посмеялся.Так ты мой пленник, стало быть?Вот удалось негаданно-нежданно!

Мефистофель

Не видел пудель этой штуки странной;Вскочил – и вмиг переменился вид,И выход был лукавому закрыт.

Фауст

Ступай в окно, не будет затруднений.

Мефистофель

Увы! таков закон чертей и привидений:Каким путем вошел, таким и выходить.Во входе волен я, а выходить обязанТам, где вошел.

Фауст

И ад законом связан?Вот новости! Ну что ж? Прекрасно: может быть,С тобой и договор возможно заключить?

Мефистофель

Перейти на страницу:

Все книги серии Азбука-поэзия

Гармония слов. Китайская лирика X–XIII веков
Гармония слов. Китайская лирика X–XIII веков

Лирика в жанре цы эпохи Сун (X-XIII вв.) – одна из высочайших вершин китайской литературы. Поэзия приблизилась к чувствам, отбросила сковывающие формы канонических регулярных стихов в жанре ши, еще теснее слилась с музыкой. Поэтические тексты цы писались на уже известные или новые мелодии и, обретая музыкальность, выражались затейливой разномерностью строк, изысканной фонетической структурой, продуманной гармонией звуков, флером недоговоренности, из дымки которой вырисовывались тонкие намеки и аллюзии. Поэзия цы часто переводилась на разные языки, но особенности формы и напевности преимущественно относились к второстепенному плану и далеко не всегда воспроизводились, что наносило значительный ущерб общему гармоничному звучанию произведения. Настоящий сборник, состоящий из ста стихов тридцати четырех поэтов, – первая в России наиболее подробная подборка, дающая достоверное представление о поэзии эпохи Сун в жанре цы. В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.

Коллектив авторов

Поэзия
Лепестки на ветру. Японская классическая поэзия VII–XVI веков в переводах Александра Долина
Лепестки на ветру. Японская классическая поэзия VII–XVI веков в переводах Александра Долина

В антологию, подготовленную известным востоковедом и переводчиком японской поэзии Александром Долиным, вошли классические произведения знаменитых поэтов VII–XVI вв.: Какиномото Хитомаро, Ямабэ Акахито, Аривара Нарихира, Сугавара Митидзанэ, Оно-но Комати, Ки-но Цураюки, Сосэй, Хэндзё, Фудзивара-но Тэйка, Сайгё, Догэна и др., составляющие золотой фонд японской и мировой литературы. В сборник включены песни вака (танка и тёка), образцы лирической и дидактической поэзии канси и «нанизанных строф» рэнга, а также дзэнской поэзии, в которой тонкость артистического мироощущения сочетается с философской глубиной непрестанного самопознания. Книга воссоздает историческую панораму поэзии японского Средневековья во всем ее жанрово-стилистическом разнообразии и знакомит читателя со многими именами, ранее неизвестными в нашей стране. Издание снабжено вступительной статьей и примечаниями. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Коллектив авторов

Поэзия
В обители грёз. Японская классическая поэзия XVII – начала XIX века
В обители грёз. Японская классическая поэзия XVII – начала XIX века

В антологию, подготовленную известным востоковедом и переводчиком японской поэзии Александром Долиным, включены классические шедевры знаменитых поэтов позднего Средневековья (XVII – начала XIX в.). Наряду с такими популярными именами, как Мацуо Басё, Ёса-но Бусон, Кобаяси Исса, Мацунага Тэйтоку, Ихара Сайкаку, Камо Мабути, Одзава Роан Рай Санъё или инок Рёкан, читатель найдет в книге немало новых авторов, чьи творения украшают золотой фонд японской и мировой литературы. В сборнике представлена богатая палитра поэтических жанров: философские и пейзажные трехстишия хайку, утонченные пятистишия вака (танка), образцы лирической и дидактической поэзии на китайском канси, а также стихи дзэнских мастеров и наставников, в которых тонкость эстетического мироощущения сочетается с эмоциональной напряженностью непрестанного самопознания. Ценным дополнением к шедеврам классиков служат подборки юмористической поэзии (сэнрю, кёка, хайкай-но рэнга), а также переводы фольклорных песенкоута, сложенных обитательницами «веселых кварталов». Книга воссоздает историческую панораму японской поэзии эпохи Эдо в ее удивительном жанрово-стилистическом разнообразии и знакомит читателя с крупнейшими стихотворцами периода японского культурного ренессанса, растянувшегося на весь срок самоизоляции Японии. Издание снабжено вступительной статьей и примечаниями. В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.

Антология , Александр Аркадьевич Долин , Поэтическая антология

Поэзия / Зарубежная поэзия / Стихи и поэзия
Время, бесстрашный художник…
Время, бесстрашный художник…

Юрий Левитанский, советский и российский поэт и переводчик, один из самых тонких лириков ХХ века, родился в 1922 году на Украине. После окончания школы поступил в знаменитый тогда ИФЛИ – Московский институт философии, литературы и истории. Со второго курса добровольцем отправился на фронт, участвовал в обороне Москвы, с 1943 года регулярно печатался во фронтовых газетах. В послевоенное время выпустил несколько поэтических сборников, занимался переводами. Многие стихи Леви танского – «акварели душевных переживаний» (М. Луконин) – были положены на музыку и стали песнями, включая знаменитый «Диалог у новогодней елки», прозвучавший в фильме «Москва слезам не верит». Поворотным пунктом в творчестве поэта стала книга стихов «Кинематограф» (1970), включенная в это издание, которая принесла автору громкую славу. Как и последующие сборники «День такой-то» (1976) и «Письма Катерине, или Прогулка с Фаустом» (1981), «Кинематограф» был написан как единый текст, построенный по законам музыкальной композиции. Завершают настоящее издание произведения из книги «Белые стихи» (1991), созданной в последние годы жизни и признанной одной из вершин творчества Юрия Левитанского.

Юрий Давидович Левитанский

Поэзия
Нет соединения с сервером, попробуйте зайти чуть позже