Читаем Лес мертвецов полностью

Жанна предупредила Феро, чтобы на протяжении ближайшего часа он ее не беспокоил. Этого времени, по ее расчетам, должно было хватить, чтобы найти новую машину с шофером. Она позвонила портье. Есть ли в городе турбюро? Нет. Всеми туристами занимался один-единственный человек, не имевший даже фамилии, только имя — Бето. Жанна набрала его номер. Он снял трубку на втором звонке, как будто ждал вызова. Жанна объяснила, что ей требуется. Бето сказал, что он свободен. И готов помочь. Не могла бы она встретиться с ним, чтобы поподробнее рассказать о маршруте? Разумеется. Тогда через пять минут он подойдет в отель, к стойке портье. Похоже, она только что поставила личный рекорд по скорости организации путешествия.

Все же она позволила себе на несколько минут зайти в душ и переодеться. Спустилась в холл, где Бето уже поджидал ее. На первый взгляд он показался ей постаревшим скаутом. Лет около сорока. Широкополая шляпа, рубашка и шорты цвета хаки. Крупные руки, гольфы до колен и улыбающаяся физиономия дополняли картину.

Он подошел и чмокнул ее в щеку, что Жанне совершенно не понравилось, хотя она знала, что в Аргентине так принято. Она предложила ему пройти для разговора в ресторан. Был час дня, постояльцы отеля обедали, и они с трудом нашли свободный столик. Жанна запаслась позаимствованной у портье картой северо-восточной области Аргентины, развернула ее и объяснила Бето, что не собирается осматривать ни водопады Игуасу, ни развалины Сан-Игнасио — единственные достопримечательности края. Расположенные, кстати сказать, на расстоянии в тысячу километров друг от друга.

Скаут стянул с головы шляпу:

— Нет?

— Нет. Я хочу проехать в Кампо-Алегре.

— Да что там смотреть-то?

— Не важно. Мне надо именно туда.

— Зачем?

— Чтобы попасть в Каннибалов лес.

— Туда нельзя попасть.

— Лучше расскажите, как до него добраться.

Бето вздохнул и ткнул пальцем в карту:

— Мы вот здесь, в Формосе. Если мы туда двинем, придется ехать по восемьдесят первому шоссе. Если я говорю «шоссе», то это просто дань современности. На самом деле это тропа, местами непроходимая.

— А потом?

Бето повел палец дальше:

— Проезжаем двести километров. Вот в этой точке, это Эстанислао-дель-Кампо, спускаемся к юго-востоку, пешеходной тропой, до Кампо-Алегре.

— Сколько времени займет дорога?

— Половину дня, может, больше.

— А до Каннибалова леса?

Он поскреб рукой щетину на подбородке:

— Надо разузнать у людей. Я туда еще никого не возил. Но мне кажется, что единственный способ туда попасть — это подняться по реке. Она называется Бермехо. Знаете, что это значит? Красное золото. Ее так назвали из-за цвета. Думаю, по ней можно на барже доплыть до Парагвая.

— На барже? Очень хорошо.

— Подождите радоваться, пока ее не увидите.

— И баржа довезет нас до леса?

Бето рассмеялся:

— Баржа не останавливается! Там же вокруг тысячи гектаров затопленных земель! Болото на болоте! И yungas! Абсолютно необитаемые.

— Yungas? — переспросила Жанна, хотя уже поняла, что ее собеседник имеет в виду джунгли.

— Субтропические леса. Большая их часть затоплена водой. Там кишмя кишат кайманы и пираньи, а вокруг — зыбучие пески. Туда даже егеря боятся заглядывать. Не местечко, а черт знает что такое. Там земля не стоит на месте, понимаете?

— Нет, не понимаю.

— Ну, это такие плавающие острова, более или менее связанные между собой. Называются embalsados. Вот, например, вы идете по дороге. Берете на заметку какой-нибудь знак. А когда возвращаетесь обратно, там уже все не так. Деревья, почва, ручьи — все переместилось.

Жанна смотрела на закрашенную зеленым область на карте. Значит, это лабиринт? Хитросплетение зарослей, непостоянство речушек и тропинок — может, в этом и состоит секрет выживания народа каннибалов?

— А вот тут какие-то названия… Это деревни?

— Сеньора, мы с вами в Аргентине. Вы видите на карте название. Но это не значит, что на этом месте вы хоть что-нибудь обнаружите. В лучшем случае табличку на вкопанном в грязь столбе. Или остатки забора.

— А Кампо-Алегре?

— Да, там еще сохранилась пара-тройка бараков. Но в основном это селение известно из-за военного лагеря, который там находился. Его закрыли в девяностых. А зачем вам туда?

Застигнутая вопросом врасплох, Жанна наплела что-то про книгу о первобытных цивилизациях, над которой якобы работает.

— У вас много оборудования?

— Только фотоаппарат.

Кажется, Бето ей не поверил. Жанна снова уставилась в карту. На ней было отмечено — «Selva de las Aimas». Интересно, почему Хоакин во время сеанса гипноза, а еще раньше Роберж в своем дневнике перевели это название как Лес духов? Души и духи ведь совсем не одно и то же…

— Существует легенда, даже несколько, — пришел ей на помощь Бето. — Для обозначения лесных духов используют многие слова. Almas — души. Espiritus — духи. Fantasmas — призраки. На самом деле все еще сложнее. Индейцы говорят про этот лес, что он «неживой». Что это мир, каким он был до появления человека. «Неживые» духи кочуют вместе с embalsados, потому что по сути они странствующие души.

— А на что похожи духи?