Читаем Лекции полностью

Вообще буквально это — «Боги» или даже, ещё точнее, «Господа». Во–первых, это множественное число — «Эллогин». Единственное — «Эллоах» («Господь»). С другой стороны, можно «Эллоах» сказать, обращаясь к некоторому уважаемому человеку, властителю. Поэтому «Эллогин» на языке Библии, можно сказать, скажем, «судьи Израиля» — тоже называются «Эллогин»; князья могут так называться, патриархи. Но здесь, конечно, речь идёт не о людях. Но, тем не менее, смотрите, какая интересная вещь: почему во множественном числе? Ведь получается странная вещь: «В начале» — «Боги» — «сотворил», потому что «бара» — то стоит в единственном числе. «Боги сотворил». Если бы «Боги сотворили», перед нами была бы типичная языческая концепция. И, тем не менее — «Боги сотворил»…


Иудейская традиция считает, что в данном случае множественное число — это вежливая форма обращения — как мы обращаемся на Вы: некоторый избыток, именно преизбыток Божества тем самым выражается. Но христианская традиция это понимает несколько иначе… Это первый намёк на Троицу…


Что такое «небо и земля»?


Дело в том, что в еврейском языке отсутствует слово, которое аналогично русскому слову «бытие» или греческому слову «космос» — бытие как таковое. Поэтому, когда еврей хочет сказать «всё, что есть» (мы бы это словом «бытие» сказали — «сущее»), еврей говорит «небо и земля»: такой двуединый мир, две его половинки, небо и земля.


То есть, первый стих: В начале Бог создал всё…


В некотором смысле мы можем сказать, что первый стих — это краткий конспект последующей всей главы, это краткий конспект последующего шестоднева. А вот дальше начинается уже собственно первый день…

© дьякон Андрей Кураев

© записаноChemarlik

Сотворение мира — день первый

…«Земля же была безвидна и пуста. И дух Божий носился над водою…».


Стих совершенно поразительный. Вы понимаете, что здесь поразительного? Создал Бог небо и землю. После этого (вдруг) — «земля была безвидна и пуста»… Библия ничего не говорит о небе…


Вот часто говорят, что Библия — это еврейская мифология. Дорогие мои, у мифологии есть свои законы, и любому историку религии, этнографу они прекрасно известны. Есть законы человеческого творчества — в том числе, законы человеческого творчества в области религии. Так вот, одним из таких законов, просто социологически удостоверяемых в истории религий, является то, что когда человек творит свою (рукотворную) религию, мифологию, на центральное место в этой мифологии он ставит космические сказания. История звёзд: почему вот это созвездие такое; почему на Солнце пятна; почему на Луне мордочка; что это за Большая Медведица; что такое млечный путь — кто пролил там молоко?.. Любая народная мифология говорит очень много об истории звёзд или об истории животных (почему у слона длинный хобот, например; почему у жирафа длинная шея…). Мифологии — сказки — всегда об этом говорят. Библия об этом глухо молчит.


Создал Бог не только землю, но и небо… И больше о небе ни слова — «земля была безвидна и пуста».


Почему так?


А потому что это миссионерская книга. Помните ли вы, что народы Ближнего Востока поклонялись звёздам? Поклонялись небесным светилам — для язычника это божества. И вот Моисей, поэтому, об этих божествах ничего не говорит. Эти звёзды созданы Богом.


Но дальше мы перенесёмся в четвёртый день — и что мы там увидим? Когда Бог создаёт два светила… как это? «Солнце и Луна», — мы с вами скажем. Но так Библия не говорит. Библия не говорит нам, что созданы Солнце и Луна. А говорит: «И создал Бог два светила: светило большое, чтобы светило днём, и светило маленькое, чтобы оно освещало ночью…».


Вы понимаете? Даже имён здесь нет.


Вот я сейчас скажу такую вещь, которую буду подтверждать всем своим ходом: Библия демифологизирует мир… Демифологизирует, депоэтизирует, если хотите — из сказки она нас учит твёрдо стоять на ногах и понимать, что к чему существует в мире.


Вчера мы с вами говорили о библейском геоцентризме. Это принципиально важно. Смотрите: Луна для вавилонянина это «Астарта», Солнце для египтянина это «Ра»… А здесь просто, две лампы Бог повесил: одну, чтобы эта лампа тебе помогала днём пахать землю, а другую, чтобы она тебе помогала в нужник, простите, сходить ночью.


Это — на обслугу человека. Космос — это «коммунальное хозяйство», которое служит человеку, и ничего больше. Он не может быть источником поклонения, этот космос…


«Земля была безвидна и пуста…».


Почему она была безвидна? Вообще говоря, одна из трактовок, по–моему, Василию Великому принадлежащая, она отвечает на это гениально просто: «Видеть было некому. Поэтому она была безвидна». Ну, человека ещё не было — некому было её видеть.:) Значит, безвидна и пуста.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Споры об Апостольском символе
Споры об Апостольском символе

Сборник работ по истории древней Церкви под общим названием «Споры об Апостольском символе. История догматов» принадлежит перу выдающегося русского церковного историка Алексея Петровича Лебедева (1845–1908). Профессор Московской Духовной академии, заслуженный профессор Московского университета, он одинаково блестяще совмещал в себе таланты большого ученого и вдумчивого критика. Все его работы, впервые собранные в подобном составе и малоизвестные даже специалистам по причине их разбросанности в различных духовных журналах, посвящены одной теме — воссозданию подлинного облика исторического Православия. Защищая Православную Церковь от нападок немецкой протестантской богословской науки, А. П. Лебедев делает чрезвычайно важное дело. Это дело — сохранение собственного облика, своего истинного лица русской церковноисторической наукой, подлинно русского богословствования сугубо на православной почве. И это дело, эта задача особенно важна сегодня, на фоне воссоздания русской духовности и российской духовной науки.Темы его работ в данной книге чрезвычайно разнообразны и интересны. Это и защита Апостольского символа, и защита необходимость наличия Символа веры в Церкви вообще; цикл статей, посвященных жизни и трудам Константина Великого; оригинальный и продуманный разбор и критика основных работ А. Гарнака; Римская империя в момент принятия ею христианства.Книга выходит в составе собрания сочинений выдающегося русского историка Церкви А. П. Лебедева.

Алексей Петрович Лебедев

Православие / Христианство / Религия / Эзотерика