Читаем Лёха полностью

И, не откладывая дело в долгий ящик, щеголеватый арбайтсфюрер показал руками, что ему нужен стол и стул. И то и другое было тотчас вынесено, причем никто уже и не помнил, что совсем недавно для черканий в блокнотике арбайтсфюреру стол не понадобился. Наоборот, такая торжественность как-то даже и умилила и обрадовала деревенских. Стояли и радовались, пока офицер садился поудобнее. Потом Середа, не торопясь, с толком разложил письменные принадлежности. Карандашик с чехольчиком, блокнотик, еще какие-то разноцветные листочки.

– Ви написайт мне списка тех, кто отличнился при поймке этот бандит! Я есть упомянуть в рапорт, как помойшеников. Это есть для вас польза для потом, война капут, Рейх награждайт своих верных сотрудник! Немейский архив – самий точн! Все аккуратни. Все сведений. Ви есть понимайт?

– Пан офіцер, а землю коли роздаватимуть? – быстро спросил староста. Глаза у него заблестели, да и остальные селяне поднапружились от его вопроса.

– Опослей капут война. Рейх побеждайт – и давайт своей зольдатен унд полицаен бонус! Наград – каждыий! Пока война – не есть гут это делайт. Цу фрю, рано. Кони на переправ не есть гут меняйт, так вас говорийт альте руссише Редензатц. Варшайнлихь ви получайт землия в Индиен. Или Африк. Ви есть хотеть получайт зимлиа в Индиен?

ѓ- Боронь боже, навіщо нам Африка, нам би ось ту земельку, що миколаївські собі підгортають, та лісок… – заторопился староста.

– Это есть неважнец! Рейх награждайт тех, кто работать карашо и наказывайт тех, кто плёхо! Пишить списка для рапорт. Не есть все, десьяток, не болше. Луччихь!

– Олександр, пиши ти у тебе почерк краще – сказал поспешно бородатый усатому.

– Гаразд – согласился тот и, отдав винтовку одному из подчиненных, склонился над столом, довольно шустро корябая бумажку из блокнотика огрызком химического карандаша, запасливо оказавшимся у него в кармане.

– Стецько не забудь вписати – напомнил староста.

– І Мирона – торопливо сказал из-за спин невысокий полицай.

– Його то навіщо? – удивился старший.

– Тобі ж сказали – врахують, коли землю видаватимуть.

– А, це так, у німців порядок – согласился тот, старательно записывая и неведомого Мирона. Арбайтсфюрер тоже не сидел, сложа руки, для своей расписки он выдрал к удивлению Лёхи пару пустых листков из той самой «рабочей книжки» покойного плешивого щеголя.

Почерк у Середы оказался очень кучерявым и пару раз старшой полицай не без зависти и уважения поглядел на пишущего офицера. Наконец, список имеющих заслуги перед Рейхом селян был готов.

– О, карашо! Есть толков написан! Хвалью! Деревнь, дата, нумерациа – довольно сказал офицер и тут же посуровел:

– Абер это есть Витце? Варум пять раз написайт «Олександр Гогун'? Пять раз земля давайт? Жульник?

– Никак нет, пан офицер! Полдеревни у нас носят фамилию Гогун. И Олександрами многих зовут. Это есть однофамильцы. Я – Гогун Олександр, староста тоже Гогун Олександр – он мой дядька и тот тоже Гогун Олександр. Мы тут все – Гогуны – старательно и убедительно объяснил старший полицай, легко перейдя на русский язык для того, чтобы немец не подумал, что тут его обманывают. Остальные согласно и старательно кивали, подтверждая сказанное.

– Ах, зо! Und sie sind alle Namensvetter! Und barbarischen Sitten im wilden Land! – пояснил для своего камарада артиллерист. Лёха важно кивнул головой, якобы поняв.

– Wie eine chinesische Puppen – весело заметил артиллерист и не спеша дописал свою расписку, завершив труд залихватской хвостатой подписью внизу. Смотрелась расписка солидно.

Селяне тоже оценили этот документ и староста, бережно сложив его вчетверо, запрятал во внутренний карман пиджака. Офицер довольно ухмыльнулся. Глянул на темнеющее небо.

– Альзо, на последни. Я есть хотеть купить у вас свеж провизий. Ихь бецале денги. Шпек, яйки, масл, огурки, лук и так далий. Унд айне фляше «перватч».

– Відзначатимуть велику свою перемогу над червоними бандитами. Цільного москаля повісять. Велике свято – шепотом сказал стоящий рядом полицай своему приятелю. Тот испуганно глянул на сидящего поодаль Середу и шепнул в ответ:

– Замовкни!

– Пан офіцер, а не могли б ви обміняти провізію на сіль? Провизию мы, конечно, вам доставим и будем и впредь с удовольствием, но лучше бы на соль обменять, а деньги вам еще пригодятся – вкрадчиво сказал усатый старший над самооборонцами.

– Э, гроші чи що тобі не потрібні? – пихнул его локтем в бок бородатый староста.

– А ти спробуй уцпі сіль за гроші – магазин тут відкривати не будуть – обрезал его усатый.

– А, то так – спохватился благообразный начальник деревни.