Читаем Лейла (ЛП) полностью

Если я хочу помочь ей во всем разобраться, в конечном итоге мне придется купить этот дом. Даже если Лейла не захочет здесь жить, я бы не хотел, чтобы его купил кто-то другой. Я мог бы нанять человека на роль управляющего, вновь открыть здесь небольшую гостиницу, и Уиллоу не будет одиноко. Будет нескончаемый поток незнакомцев. Возможно, это понравится ей больше, чем одинокие скитания в пустом доме.

А если я буду владельцем дома, то у меня появится причина время от времени возвращаться сюда. Навещать Уиллоу, не вызывая у Лейлы подозрений.

Это считается эмоциональной изменой?

Уиллоу — призрак. Она не может встать между мной и Лейлой.

Но, наверное, в каком-то смысле она сделала именно это.

Нам с Уиллоу стало комфортно друг с другом… до такой степени, что я все чаще предпочитаю ее общество обществу Лейлы. Я не горжусь этим. Лейла очень много для меня значит, но я заворожен, одержим мыслью, что не только эта жизнь имеет значение. И можно было бы подумать, что такая мысль придаст в моих глазах еще больший смысл этой жизни, но я чувствую, что отдалился от этого мира. Меня затягивает в мир Уиллоу, а может, ее затягивает в мой. Так или иначе, нам нет места в мирах друг друга, но с тех пор, как я нашел способ их объединить, я потерял интерес ко всему остальному.

В этом нет вины Лейлы. Она не сделала ничего дурного. В этой ситуации она жертва. Стала ей полгода назад и оказалась ей сейчас, неведомо для себя самой. Единственная ошибка Лейлы в том, что она влюбилась в меня.

Я думал, что эта поездка пойдет ей на пользу. Возможно, так бы и было, если бы я не узнал о существовании Уиллоу. Теперь я только и делаю, что позволяю своему увлечению природой Уиллоу вбить еще больший клин между мной и всеми сферами моей жизни.

Хотя Лейла будто бы ни о чем не подозревает. Может, даже думает, что между нами все в порядке. Но это лишь потому, что она не помнит никаких подробностей о том, как прекрасны были наши отношения, пока я, по сути, не превратился в ее сиделку.

Я не поступил бы иначе. Но, даже невзирая на мои добрые намерения и любовь, которая кроется за моей заботой, выздоровление плохо отражается не только на самом человеке, но и на его близких.

— Что читаешь? — интересуется Лейла.

Я перевожу на нее взгляд, и замечаю, что она опустила телефон к груди. Склонила голову набок, и ее волосы разметались по подушке. На ней почти нет одежды, лишь шелковый полупрозрачный топ, который не доходит до пупка. И пара подходящих трусиков кремового цвета. Положив телефон на подлокотник дивана, я обхватываю рукой лодыжку своей девушки. И неспешно провожу ладонью до колена.

— Все пытаюсь закончить ту же книгу.

— Которую?

— Про ведущего телешоу, который считает себя киллером.

Лейла слегка качает головой.

— Звучит незнакомо.

Я собираюсь сказать, что рассказывал ей о книге, но вспоминаю, что это было в последний наш разговор перед тем, как в нее стреляли. Она ничего не помнит о том дне, как и обо всей последующей неделе. Не помнит никаких разговоров с того дня вплоть до момента выстрела. Иногда я заполняю пробелы в ее памяти, но сейчас я не хочу об этом говорить. Мне бы не хотелось упоминать то, что может спровоцировать у нее приступ тревоги.

— Да просто роман, — отвечаю я, ложась рядом с ней на диване. Лейла прижимается ко мне и целует в шею. Я вдыхаю аромат ее шампуня. Тропический запах манго и бананов напоминает мне о мире за пределами канзасского Левана. Где Лейла, наверное, предпочла бы оказаться вместо того, чтобы быть здесь.

Что она подумает, если я куплю дом?

Стоит ли вообще его покупать?

Или лучше просто собрать вещи и уехать, пока все грани, что я переступил, не превратились в такие высокие стены, что мы не сможем через них перебраться?

***

— Лидс.

Голос Лейлы звучит шепотом в отдалении, повисшим в воздухе, пока я пытаюсь решить, хочется ли мне покинуть сон и последовать за этим голосом.

— Лидс, проснись.

Ее ладонь на моей щеке, мы лежим, прижавшись друг к другу. Все на том же диване.

Неудивительно, что мы заснули, если вспомнить, сколько ночей я провел без сна с Уиллоу. В последнее время я спал так же мало, как Лейла.

Я запускаю руку под ее шелковую майку и провожу ладонью по коже. Едва я прикасаюсь к ней, она с такой силой упирается руками мне в грудь, что падает с дивана на пол. Внезапное движение и громкий стук заставляют меня открыть глаза. Свесившись с края дивана, я ищу ее взглядом. Она лежит на спине, уставившись на меня.

Это Уиллоу. А не Лейла.

— Виноват, — говорю я, помогая ей встать с пола. — Подумал, что ты Лейла.

Встав на ноги, она осматривает себя и выбранную Лейлой одежду. Или ее почти полное отсутствие.

Я произношу хриплым голосом:

— Тебе, наверное, стоит пойти переодеться. — Прокашливаюсь и иду на кухню, а Уиллоу бежит наверх.