Читаем Лейла (ЛП) полностью

Звучит как сущий кошмар. По выражению моего лица Лейла понимает, что я не в настроении позировать для фотографий.

— Я знаю, что ты не хочешь думать о работе. Но этот дом просто огромный, в нем полно мест, которые могли бы послужить фоном для фотографий. Дай мне всего пару часов с камерой, и я оставлю тебя в покое до среды.

— Почему до среды?

— Потому что мы уезжаем в среду.

У нее нежный голос, но эти слова звучат грубо и непреднамеренно резко. Всего через несколько дней мы оставим Уиллоу здесь одну. А я не хочу уезжать, пока она не будет готова приступить к поискам ответов, потому что по какой-то непонятной причине мне самому нужно их узнать. Я сомневаюсь, что смогу спокойно жить в реальном мире, если не разберусь во всем, что происходит в этом доме.

Я сажусь напротив Лейлы.

— Как ты смотришь на то, чтобы побыть здесь чуть дольше?

Она опускает плечи.

— Ты серьезно?

— Да. Я написал много песен. И, наверное, смог бы закончить альбом, если бы у меня было чуть больше времени.

— Ни разу не слышала, чтобы ты играл на рояле.

— Он мне ни к чему. Я писал тексты, — вру я.

Она со вздохом кладет телефон на стол.

— Не хочу показаться грубой, но здесь скучно, Лидс. И я устаю от этой скукоты. Каждый день я чувствую себя измотанной. Кажется, что я только и делаю, что сплю.

Я знаю, что сам виноват в ее усталости, но все равно не сдаюсь.

— А если пойдем на компромисс?

Она вскидывает бровь.

— Зависит от условий.

— Я буду три часа позировать, как ты захочешь, чтобы ты сделала столько фотографий, сколько пожелаешь. А ты дашь мне еще три дня, чтобы поработать над альбомом.

Такое соглашение будто бы кажется ей заманчивым.

 — Я смогу заснять тебя даже под дождем?

Я киваю.

Она умудряется улыбнуться, несмотря на похмельное состояние.

— Идет, — Лейла тянется через стол и целует меня. — Ты не пожалеешь.

Она ошибается. Я уже жалею. Как жалею почти о каждом своем решении, которое я принял за нее.

Но… даже не предпринял попытки прекратить.

***

Прошлой ночью Лейла поспала, наверное, часа четыре. А если учесть, что она почти ничего не ела, мучилась от похмелья, а после провела трехчасовую фотосъемку, я даже не представляю, как она дотерпела и пошла спать только в восемь вечера.

На часах уже десять, а от присутствия Уиллоу нет и следа. Я спрашивал, здесь ли она, но не получил ответа. Даже через ноутбук.

Минувший час я был занят написанием новой песни. Раз уж я собрался врать Лейле, утверждая, что остаюсь здесь ради музыки, то стоит хотя бы сочинить эту музыку.

Пару недель назад я начал песню под названием «Свободных мест нет», и сегодня большую часть времени переделывал текст.

Гроза бушует уже четыре часа. И меня беспокоит, что по прогнозам дождь продлится на день дольше. Лейла выглядит довольной, если проведет день у бассейна, и я даже не представляю, в каком она будет настроении, просидев дома три дня подряд.

— Что ты делаешь?

Я так резко подскакиваю на ноги, что мой стул отъезжает на пару метров назад. Схватившись за грудь, я шумно выдыхаю при виде стоящей в дверях Уиллоу. Из-за грозы я не услышал, как она спустилась вниз, и моя реакция на ее неожиданное появление вызывает у нее смех.

— Ты будто призрака увидел, — говорит она, подмигнув, и направляется к холодильнику. — Серьезно тебе говорю, Лидс. У твоей девушки расстройство пищевого поведения. Я беспокоюсь за нее. — Уиллоу достает тарелку с остатками ужина, который я сегодня приготовил. Фаршированная запеченная картошка и салат цезарь. Лейла съела только салат, и я отложил картошку для Уиллоу.

Я закрываю текстовый редактор и выключаю ноутбук. Уиллоу ставит тарелку в микроволновку и поворачивается ко мне.

— Что это было сегодня? С позированием и неожиданно тщеславными снимками?

Все время, пока Лейла заставляла меня позировать, я размышлял, где в этот момент Уиллоу. Наблюдает она за нами или нет. И очень надеялся, что не наблюдает.

— Ничего. — Я не хочу говорить ей о нашей с Лейлой договоренности и в особенности о том досадном обстоятельстве, что каждый раз, когда Лейла публикует мое фото без рубашки, мою музыку начинают скачивать вдвое чаще.

— Ты кто-то вроде модели? — Уиллоу задает вопрос игривым тоном, но мне все равно не хочется говорить об этом. Я бы даже предпочел, чтобы она погрузилась в мысли Лейлы, чтобы мне не пришлось ничего ей объяснять.

— Есть такая штука… социальные сети.

—  Я знаю, что такое социальные сети, — говорит она.

— Конечно, знаешь. В общем, Лейла пытается монетизировать мою страницу.

— Значит, ты инфлюенсер?

Я в недоумении откидываюсь на спинку стула.

— Откуда ты вообще знаешь, что это такое?

— Я смотрю телевизор. Я многое знаю. Ты знаменит?

— Нет.

— Но хочешь таким стать? — Таймер микроволновки подает сигнал. Уиллоу забирает тарелку и возвращается к столу.

— Лейла надеется, что моя музыкальная карьера пойдет в гору, а я ей потакаю. Так ей есть на чем сосредоточить свое внимание.

— А если она права? Может, ты станешь знаменитым? — предполагает Уиллоу.

— Этого я и боюсь.

Она отправляет еду в рот и взмахивает вилкой в воздухе.

— Вот откуда у тебя деньги на аренду этого дома? Из социальных сетей?