Читаем ЛЕФ 1923 № 3 полностью

3 года тому назад я решительно не знал как удовлетворить требования наступающей реальности с камерными законами станковой живописи.

Теперь я окреп. Я знаю, мост есть. Он крепок.

Уже слышны шаги первых вступающих на него.

В Петрограде в залах Академии Художеств открылась «Выставка художников всех направлений за 5 лет».

Это не их шаги гулко раздаются по новому мосту.

Прекрасную формулировку производственного искусства вы найдете на страницах ЛЕФ'а.

Требования современной живописи – Пауль Вестгейм. Париж. 10 июня 1922 года.

«Ясное мышление, сознательность, логическая определенность, деловитость – вот требования выставляемые всюду и неумолимо. Живопись это значит создать картинный организм такой безусловной последовательности, такой концентрированной энергии, такой ясной структуры, как у инженера конструирующего мотор. Все остальное, все опьяненное и инстинктивное (запомните Пунин! С. Ю.) а также все что является „метафизической спекуляцией“ отвергается с прямо-таки агрессивной решительностью».

Стоп! Запомним терминологию: «метафизическая спекуляция = неясное и подозрительное» по Брику.

Между выставкой петроградских художников за 5 лет и только что названными терминами можем поставить знак равенства.

Полнейшая растерянность. Единственно хороший холст на всей выставке – у «Уповиса» абсолютно чистый, белый, хороший грунт. На нем можно еще что нибудь сделать.

Не стоит писать «отчет». Но не будем голословны. Цитаты из выставленных на выставке деклараций:


ФИЛОНОВ.


«Я художник мирового расцвета – следовательно пролетарий. Я называю свой принцип натуралистическим, за его чисто научный метод мыслить об об'екте, адекватно исчерпывающе провидеть, интуировать до под – и – сверх сознательных учетов все его предикаты, выявлять об'ект в разрешении адекватно восприятию».

Он вводит в действие все предикаты об'екта и сферы: бытие, пульсацию и ее сферу, биодинамику, интеллект, эманации, включения, генезисы, процессы в цвете и форме – короче жизнь целиком; и предполагает сферу не как пространство только, а био-динамическую, в которой об'ект пребывает в постоянной эманации и перекрестных включениях и т. д.


МАТЮШИН.


«Зорвед» знаменует собой физиологическую перемену прежнего способа наблюдения и влечет за собой совершенно иной способ отображения видимого. «Зорвед» впервые вводит наблюдение и опыт далее закрытого заднего плана и т. д.

Новые данные обнаружили влияние пространства, света, цвета и формы на мозговые центры через затылок. Ряд опытов и наблюдений, произведенных художниками «Зорведа», ясно устанавливает чувствительность к пространству зрительных центров, находящихся в затылочной части мозга и проч. и проч.


МАЛЕВИЧ.


1) Науке, искусству нет границ, потому что то, что познается, бесгранично, бесчисленно, а бесчисленность и бесграничность равны нулю.

2) Если творения мира – пути бога, а пути его неисповедимы, то он и путь равны нулю и т. д.

5) Если наука познала природу, познала нуль.

6) Если искусство познало гармонию, ритм, красоту, познала нуль и т. д.


Сеанс пора кончать. Дальнейших цитат словесный целуллойд моей фильмы не выдержит. Наш приговор – одно слово: pitturra.

Леф в Казани

Медленно, но с несомненно ростущим успехом, левое искусство отвоевывает право на существование и в Казани.

Среди казанских художников, например, левые уклоны намечались уже давно. Лучшие из представленных на конкурсе художников в сентябре месяце 1923 года работ принадлежали художникам левого направления – Чеботареву и Платуновой. Выступление самих художников на конкурсе с публичной защитой своих принципов и открытая по этому поводу дисскусия сильно способствовали пробуждению в широкой публике живого и напряженного интереса к новым течениям. Зимой 22–23 года профессором Сотониным был прочитан ряд лекций о новом искусстве, о беспредметной живописи, о фактурных достижениях кубистов, о композиционном построении картины, о шумовом оркестре, о новой поэзии.

10 июня в Художественно-Техническом Институте Анатолием Фоминым была прочтена новая лекция о футуристах: «Большевики поэзии». Лекция сопровождалась чтением старых и новых произведений футуристов – поэтов, из которых многие были встречены многочисленной аудиторией восторженно (Марш Левых, отрывки из 150.000.000, сатиры Маяковского, Жонглер Каменского).

В начале Фомин остановился на причинах, обусловивших появление футуризма: изменившийся уклад жизни (индустрия, классовая борьба); изменившаяся впечатлительность горожанина и вызванная ею необходимость применения в искусстве новых способов художественного воздействия; и, наконец, появление нового потребителя – народных масс, выступивших за последнее столетие на арену истории и заявивших свои требования не только в политике и экономике, но и в области культуры, в частности, в искусстве.

Перейти на страницу:

Похожие книги

188 дней и ночей
188 дней и ночей

«188 дней и ночей» представляют для Вишневского, автора поразительных международных бестселлеров «Повторение судьбы» и «Одиночество в Сети», сборников «Любовница», «Мартина» и «Постель», очередной смелый эксперимент: книга написана в соавторстве, на два голоса. Он — популярный писатель, она — главный редактор женского журнала. Они пишут друг другу письма по электронной почте. Комментируя жизнь за окном, они обсуждают массу тем, она — как воинствующая феминистка, он — как мужчина, превозносящий женщин. Любовь, Бог, верность, старость, пластическая хирургия, гомосексуальность, виагра, порнография, литература, музыка — ничто не ускользает от их цепкого взгляда…

Малгожата Домагалик , Януш Вишневский , Януш Леон Вишневский

Публицистика / Семейные отношения, секс / Дом и досуг / Документальное / Образовательная литература
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России
Славянский разлом. Украинско-польское иго в России

Почему центром всей российской истории принято считать Киев и юго-западные княжества? По чьей воле не менее древний Север (Новгород, Псков, Смоленск, Рязань) или Поволжье считаются как бы второсортными? В этой книге с беспощадной ясностью показано, по какой причине вся отечественная история изложена исключительно с прозападных, южно-славянских и польских позиций. Факты, собранные здесь, свидетельствуют, что речь идёт не о стечении обстоятельств, а о целенаправленной многовековой оккупации России, о тотальном духовно-религиозном диктате полонизированной публики, умело прикрывающей своё господство. Именно её представители, ставшие главной опорой романовского трона, сконструировали государственно-религиозный каркас, до сего дня блокирующий память нашего населения. Различные немцы и прочие, обильно хлынувшие в элиту со времён Петра I, лишь подправляли здание, возведённое не ими. Данная книга явится откровением для многих, поскольку слишком уж непривычен предлагаемый исторический ракурс.

Александр Владимирович Пыжиков

Публицистика
1993. Расстрел «Белого дома»
1993. Расстрел «Белого дома»

Исполнилось 15 лет одной из самых страшных трагедий в новейшей истории России. 15 лет назад был расстрелян «Белый дом»…За минувшие годы о кровавом октябре 1993-го написаны целые библиотеки. Жаркие споры об истоках и причинах трагедии не стихают до сих пор. До сих пор сводят счеты люди, стоявшие по разные стороны баррикад, — те, кто защищал «Белый дом», и те, кто его расстреливал. Вспоминают, проклинают, оправдываются, лукавят, говорят об одном, намеренно умалчивают о другом… В этой разноголосице взаимоисключающих оценок и мнений тонут главные вопросы: на чьей стороне была тогда правда? кто поставил Россию на грань новой гражданской войны? считать ли октябрьские события «коммуно-фашистским мятежом», стихийным народным восстанием или заранее спланированной провокацией? можно ли было избежать кровопролития?Эта книга — ПЕРВОЕ ИСТОРИЧЕСКОЕ ИССЛЕДОВАНИЕ трагедии 1993 года. Изучив все доступные материалы, перепроверив показания участников и очевидцев, автор не только подробно, по часам и минутам, восстанавливает ход событий, но и дает глубокий анализ причин трагедии, вскрывает тайные пружины роковых решений и приходит к сенсационным выводам…

Александр Владимирович Островский

Публицистика / История / Образование и наука