Читаем Ледовый барьер полностью

— Вы знаете мои опасения по поводу метеорита. Вы не предоставили мне никаких гарантий, за исключением ничем не обоснованных предположений, что он не представит на борту никакой опасности. И лишь пять минут назад этот эсминец направил нас боевой радар. Мы — лёгкая цель. Даже если метеорит безопасен, то условия — нет. Намечается жестокий шторм. Как можно загружать самый тяжёлый объект, когда-либо передвинутый человечеством, под дулом четырёхдюймовых орудий?

— Он не откроет огонь. По крайней мере, сейчас. Он верит в то, что его человек, Тиммер, сидит на гауптвахте. И, кажется, Валленар очень хочет вернуть его живым.

— Понятно. И что он сделает, когда узнает, что Тиммер мёртв?

Глинн оставил этот вопрос без ответа.

— Пытаться сбежать, не имея никакого плана — путь к гарантированному провалу. К тому же Валленар не отпустит нас до тих пор, пока мы не вернём ему Тиммера.

— Скажу одно: предпочитаю сделать эту попытку сейчас, чем потом, в трюме с метеоритом, который будет нас тормозить.

Глинн продолжал смотреть на неё с мягким, почти печальным выражением.

Техник кашлянул и сказал:

— Контакт с воздушным объектом. Расстояние тридцать пять миль, приближается курсом ноль-ноль-девять.

— Продолжайте за ним следить, и пусть он ответит на позывные, — произнесла Бриттон, не меняя позы и не сводя глаз с Глинна.

Наступило краткое, напряжённое молчание.

— Вы не забыли о контракте, который подписали с ЭИР? — Спросил Глинн.

— Я ничего не забыла, господин Глинн. Но есть закон, который стоит превыше всех контрактов: это закон и традиция моря. За капитаном остаётся последнее слово по всем вопросам, касающимся корабля. И в данных условиях я не позволяю проводить загрузку метеорита на борт.

— Капитан Бриттон, раз вы не хотите обсуждать этот вопрос со мной наедине, всё, что я могу сделать — это уверить вас, что беспокоиться тут не о чем, — сказал Глинн и кивнул своим людям.

Один из них выступил вперёд и уселся за неиспользуемую компьютерную консоль из чёрного металла. На её боку были выбиты слова «Датаметрика безопасности». Второй занял место за его спиной, лицом к офицерам мостика. МакФарлэйн сообразил, что эта консоль — младший собрат той странной машины, на которую ему как-то указывала Бриттон в отсеке контроля грузов.

Бриттон мрачно посмотрела на двух незнакомцев.

— Господин Ховелл, уберите с мостика весь персонал ЭИР.

— Это, — скорбно произнёс Глинн, — едва ли возможно.

Что-то в его тоне, казалось, заставило Бриттон растеряться.

— Что вы имеете в виду?

— «Рольвааг» — замечательный корабль, последнее слово морской компьютерной техники. ЭИР использует эти компьютеры в качестве меры предосторожности против подобных ситуаций. Понимаете, наши системы контролируют главный компьютер. В обычных условиях этот контроль прозрачен. Но после того как «Рольвааг» приблизился к берегу, я деактивировал обходной путь. Теперь лишь у нас есть коды доступа к главным двигателям. Вы не можете подать команды на двигатели или руль до тех пор, пока не будет введён правильный код.

Бриттон смотрела на него с молчаливой яростью на лице.

Ховелл поднял телефонную трубку с командной панели.

— Удвоенную охрану на мостик.

Бриттон повернулась к вахтенному офицеру.

— Введите код доступа к двигателям.

В молчании офицер ввёл серию команд.

— Двигатели не отвечают, мэм. Панель мертва.

— Проведите диагностику, — сказала она.

— Капитан, — продолжил Глинн. — Боюсь, вам придётся ещё раз перечитать свой контракт, нравится ли вам это или нет.

Бриттон резко обернулась и уставилась на него во все глаза. Затем сказала ему что-то слишком тихим голосом, чтобы МакФарлэйн мог разобрать. Глинн сделал шаг вперёд.

— Нет, — произнёс он чуть ли не шёпотом. — Это вы обещали довести корабль обратно в Нью-Йорк. Я лишь добавил меры предосторожности, чтобы обещание не было нарушено — ни вами, ни кем бы то ни было ещё.

Бриттон смолкла, её высокая фигура слегка подрагивала.

— Если мы отправимся в путь сейчас, торопливо и без какого-либо плана, они нас обязательно утопят, — голос Глинна оставался едва слышным, настойчивым, убедительным. — Сейчас вся наша жизнь зависит от того, как чётко вы будете следовать моим указаниям. Я знаю, что делаю.

Бриттон продолжала смотреть на него.

— Это невозможно.

— Капитан, когда я говорю, что для того, чтобы остаться в живых, мы должны действовать лишь так, а не иначе, вы обязаны мне верить. Вы должны со мной сотрудничать, иначе погибнем. Всё сводится к этой простой истине.

— Капитан, — сказал вахтенный офицер, — диагностика проведена…

Его голос утих, когда он понял, что Бриттон его не слышит.

На мостике появилась группа охраны.

— Вы слышали приказ капитана, — рявкнул Ховелл, жестом указав группе идти вперёд. — Убрать с мостика весь персонал ЭИР!

Сотрудники Глинна у консоли в готовности напряглись.

И тут Бриттон медленно подняла руку.

— Капитан…, — начал было Ховелл.

— Они могут остаться.

Ховелл недоверчиво посмотрел на неё, но Бриттон не обернулась.

Настало долгое, мучительное молчание. Затем Глинн кивнул своей группе.