– Да потому что я назад бы повернул, если бы Казубова почувствовал. Я же весь извожусь, когда семью без присмотра оставляю. И до Вилгасы я сегодня быстро доехал, туда под пятьдесят шел, и обратно. Обычно под сорок хожу, а сегодня под пятьдесят, и без остановок. В полтора часа уложился, тридцать километров туда, тридцать обратно.

– А когда обратно? – спросила Ольга.

– В семь трактор уже поставил… Обслужить вот нужно, масло, фильтр… Или вам на капище надо?

– Да мы-то и на лыжах, а следственно-оперативная группа должна подъехать.

– Варвара, значит, Варвара… Не знал я ее, не знал, но все равно жаль… – Диконов осекся.

– Что-то не так? – спросила Ольга.

– Это же Казубов за Машей моей может прийти.

– Мы можем с ней остаться. Вы туда, а когда вернетесь, мы поедем.

– Остаться можете, – в раздумье кивнул Диконов.

– Побудем с ней, и вам так спокойней будет.

– Да, конечно, можете остаться… А мне ничего не будет?

– В каком смысле? – не поняла Ольга.

– Там же группа должна подъехать, они подъедут, а я там возле трупа.

– Труп уже остыл давно, а вы дорогу чистите, по просьбе подполковника Лежневой… Хотя нет, Батищев с вами поедет, а я останусь. Потом подъеду… Если он мне доверяет!

Ольга выразительно смотрела на Кирилла, он кивнул, вынул из кармана ключи от своей машины.

17

Диконов следил за своей техникой, трактор завелся легко и на Капищи пошел бодро, но Кириллу хотелось поскорее закончить путешествие. Кабина холодная, тесная, но если первое только в начале пути, то второе на всем протяжении.

– А вы с техникой на ты, Тихон Семенович? – спросил Кирилл.

– А что в этой технике сложного? Это компьютеры для меня темный лес, а с автомобилями у меня роман с детства. Отец водителем работал, я машину рано купил. Бизнесом когда-то занимался, дела неплохо шли.

– А чем занимались?

– Да, двери, окна, деревянные, пластиковые.

– Прогорели?

– Да нет, хорошо дела шли, а потом жена ушла.

– К другому?

– Совсем ушла, – вздохнул Диконов.

– Извините, не знал.

– Сразу интерес к жизни пропал, к жизни, к бизнесу.

– Бывает.

– Бросил все, сюда уехал…

– А здесь интерес к жизни проснулся?

– И у тебя просыпается, парень, я же вижу, хорошо тебе здесь с Ольгой.

– Ну, как хорошо… – замялся Кирилл.

– Она подполковник, ты лейтенант, это тебя не должно смущать.

– А вот знаете, смущает!.. Мы ведь вместе в правовой академии … Даже роман был.

– Ну, вот я же вижу! Что-то не так между вами!.. Извиняюсь, что-то так!.. – засмеялся Диконов. И тут же осекся: – Не к добру веселье, там женщина мертвая… Как же так, откуда она здесь взялась?

– Где-то в клетке сидела.

– Видел я эту клетку. В Сухне. Не моя работа, точно не моя…

Диконов замолчал, но еще долго качал головой, разубеждая себя в чем-то. Кирилл больше не пытался разговорить его, да и зачем, если ясно, кто убийца. Казубов зверствовал, больше некому. Но рукава полушубка Кирилл все же осмотрел, вдруг следы крови на одежде. Убийца мог перерезать горло сзади, одной рукой зафиксировать голову, другой полоснуть ножом. Но в любом случае кровь осталась бы на одежде, хотя бы на рукаве.

А рукав чистый. Даже подозрительно чистый. Как будто полушубок сегодня ночью стирали. Кирилл даже понюхал его, но запах стирального порошка и всего такого сопутствующего не уловил. Нафталином слегка пахло, и все. Если полушубок стирали, то весной, перед тем как повесить в шкаф на хранение. А сегодня его достали, но, видимо, Маша что-то не так сделала, муж ее упрекнул, она огрызнулась, слово за слово, для семьи дело обычное.

Снег продолжал сыпать, но до перекрестка трактор шел довольно легко, а дальше уже под натугой. Эту дорогу давно уже не чистили. Снег упирался, сам все норовил сдвинуть трактор, получалось плохо, но Диконов находился под напряжением, он очень боялся ошибиться и съехать за обочину.

Наконец дошли до мертвой деревни, а там и до капища рукой подать. Трактор остановился у самого места, где предположительно находилось тело зверски убитой женщины. Кирилл понимал, что труп могло засыпать снегом, поэтому не очень всполошился, не обнаружив его с высоты трактора. Но, спрыгнув с подножки, он также ничего не увидел и решил, что тело могло завалить снегом с отвала, и даже настроился на тяжелую работу, брать лопату, откапывать. Но вот он различил под снежным покровом силуэт человеческого тела, бросился к нему. Снег раскидывал осторожно, руками, сначала показались волосы, потом ухо.

– Все нормально? – спросил Диконов.

Он стоял за открытой дверью, с трактора спрыгивать не собирался. А зачем ему?

– Со мной да.

– Тогда я погнал?

Трактор неторопливо развернулся, поставил отвал так, чтобы сбрасывать снег с правой стороны дороги, расчищенной лишь наполовину. Так же неспешно набрал ход и скрылся в снежной пелене. А Кирилл вдруг почувствовал на себе чей-то тяжелый взгляд. Кто-то стоял за кустом среди высоких сосен и смотрел на него.

Кирилл напряг зрение, пытаясь разглядеть хотя бы силуэт стоящего за кустом человека, но снег застилал глаза. И куст хоть бы раз качнулся. Как будто и нет за ним никого. Но кто же тогда на него смотрит?