Читаем «Ласточки» над фронтом полностью

«Времени мало, и я редко пишу письма. Как-то была в Минске. Там живут Женя Сапронова и Валя Румянцева. Проговорили две ночи напролет. Сразу после войны часто виделась с Олей Фетисовой, мы на одной улице жили. Виделись каждый день до последних минут ее жизни. Она была для меня и наставником, и товарищем, и старшей подругой. В моей жизни оставила большой след. Это был кристально чистый человек. Она меня и в партию рекомендовала. На нашей же улице жила раньше и Верочка Бондаренко, так мы на все встречи ходили втроем. Всех наших помню и люблю…»

К нам в полк Рая Орлова пришла осенью 1944 года. До этого она окончила военное авиационное училище разведчиков, отделение грамметристов-дешифровщиков, откуда попала в 47-й гвардейский дальний разведывательный авиаполк.

С этим полком сержант технической службы Орлова прошла немалый путь: Монино — Выползово Калининской области — Макарово — Псков — Гатчина Смоленск — Минск — Крынки Западной Белоруссии. Из Крынок Рая получила направление в авиаполк, летавший на Пе-2, а ее подруги Женя Сапронова, Валя Князева и Женя Журавлева — в наш полк. Рая очень огорчилась, когда пришлось расставаться с друзьями и обратилась в штаб 4-й воздушной армии к генералу Ф. Ф. Верову с просьбой направить ее в женский авиаполк.

— Так ведь в сорок шестом гвардейском полку не нужна ваша специальность!

— Товарищ генерал, я на любую работу согласна, — тихо, но решительно произнесла Рая.

— И штурманом не испугаетесь? — спросил Веров, внимательно глядя на стоявшую перед ним и тянувшуюся изо всех сил вверх девчонку.

— Не испугаюсь, — вспыхнула Орлова…

Военные дороги, тревожные, беспокойные, нередко опасные. Осенняя распутица. Не так-то просто оказалось добраться до места назначения. По военным дорогам не ходили рейсовые автобусы или поезда по расписанию. Рая знала, что полк в эти дни базировался в Далеке, з 16 километрах юго-западнее города Острув-Мазовецки. Регулировщица на перекрестке шоссе посадила Орлову в санитарный автобус, ехавший к линии фронта. Через некоторое время Рая сошла — дальше ее дорога лежала в другую сторону.

Наступали ранние осенние сумерки. Нечастые машины проносились мимо на скорости, не обращая внимания на маленькую съежившуюся фигурку в поношенной шинельке на обочине дороги. Рая, очень застенчивая и робкая, совсем озябнув в ноябрьской промозглой сырости, никак не решалась сделать шаг вперед и проголосовать…

Стемнело. Где-то на хуторе залаяли собаки. Машины пролетали все реже и все стремительней. Девушка почувствовала себя совсем одинокой. Но свет не без добрых людей. Около перекрестка, взвизгнув тормозами, неожиданно остановилась полуторка.

— Девушка, тебе куда?

— В женский авиаполк, — и не успела договорить, как оказалась в кузове вместе со своим чемоданчиком.

— Давай смелей, соседка! Устраивайся поближе к кабине. Подвиньтесь-ка, ребята, устройте девчонку, промерзла, небось, — звучали доброжелательные, полные сочувствия голоса.

Оказалось, в машине ехали техники-авиаторы из соседнего с женским полка. Рая слушала их разговоры и невольно замечала, с каким уважением говорили они о женщинах-летчицах.

— От нас до вашего хозяйства всего километра два. Доедем, освободимся и проводим тебя до места, — пообещал один из попутчиков.

Но когда машина остановилась, Рая, поблагодарив, не стала дожидаться провожатых и, подхватив свой чемоданчик, бодро зашагала в указанном направлении. По дороге ей помогли встретившиеся артиллерист и два зенитчика. И от них Орлова снова услышала добрые слова о девушках-авиаторах.

Первые дни по прибытии в полк были очень трудными для Орловой. Ей нужно было освоить совершенно новую технику. Стояли холодные ветреные дни, руки мерзли и переставали слушаться.

— Какие душевные наши девочки, — думала не раз Рая. — Ведь то и дело ошибаюсь, а никто не сердится, помогают, объясняют терпеливо.

До этого Рая По-2 близко не видела, привыкла к громадинам «пешкам», не понимала, что «ласточка» — машина хрупкая. Как-то Галя Пилипенко послала Орлову что-то поправить, а она прошла прямо по плоскости и порвала перкаль.

— До сих пор удивляюсь доброму терпению наших девчат, — вспоминает Рахима Рахимовна, — они и виду не показали, а рассказали мне об этом уже гораздо позже. «Ну, Райка, маленькая-маленькая, а как медведь все передавила», — весело сказала Маша Кропина.

Через несколько дней Орлову вызвала командир пол;са подполковник Бершанская.

— Товарищ сержант, с аэрофотоаппаратами работать приходилось? спросила она.

— Видеть видела, а самой обслуживать не пришлось.

— Теперь придется освоить это дело вплотную. Есть приказ установить на два самолета НАФА-19 (ночные аэрофотоаппараты) для фиксации результатов бомбометания. Срок — два дня.

«Не знаю, что бы я делала, — пишет мне Рая, — если бы не Клавдия Илюшина. Инженер — это инженер. Хотя она с этими аппаратами тоже не сталкивалась, но сделала все расчеты. С ее помощью задание мы выполнили в срок».

Установили НАФА-19 на двух самолетах — заместителя командира полка Симы Амосовой, летавшей со штурманом полка Ларисой Розановой, и Кати Олейник с Олей Голубевой.