Читаем Ланселот, мой рыцарь полностью

– Похоже, найти его будет довольно трудно, – подытожил Ланселот, и Хелен кивнула.

Ее интересовал еще один вопрос, и она, конечно, задала его.

– Если бы мы уехали сегодня, леди Хелен, весь двор говорил бы только о нас, – ответил Ланселот. – И все ваши старания предотвратить создание легенды – ведь вы утверждаете, что сегодняшние события создадут легенду, которую вы с таким упорством рассказываете мне, – пошли бы прахом. Мы пробудем здесь, по крайней мере, еще неделю, чтобы слухи утихли и все увидели, что между мной и королевой ничего нет. К тому же я обещал леди Кассандре сдать вас с рук на руки.

– Да кто такая эта леди Кассандра? – не удержалась Хелен от вопроса.

Она должна наконец выяснить, что за таинственная благодетельница у нее в этом мире.

– Не говорите мне, что не знаете ее. Она ведь вас знает, – заметил Ланселот.

– Нет, я ее не знаю. И мой отец – единственный ребенок в семье, поэтому у меня нет ни теть, ни дядь, – парировала Хелен.

– Может, это ваша двоюродная тетя, – упорствовал Ланселот.

– Нет, – твердо повторила Хелен.

Ланселот покачал головой. Как всегда, Хелен не переубедить.

– Но при дворе хотя бы этого не отрицайте. У леди Кассандры огромное влияние здесь. В Камелоте вас приняли лишь потому, что вы ее племянница.

Хелен кивнула головой, она поняла это еще в первый день.

– Так что будем делать дальше? – с улыбкой продолжил Ланселот.

– Что вы имеете в виду? – Хелен попятилась назад, видя, что Ланселот вновь собрался очаровывать ее.

– Может, нам вернуться к танцам? А заодно заняться поисками таинственного «племянника» Артура?

Хелен чересчур облегченно выдохнула, и Ланселот понимающе улыбнулся.

– А вы что подумали? – сказал он, за что получил легкий тычок в плечо.

– А вы бы что хотели услышать? – ответила она и вышла с террасы в коридор.

Он догнал ее в коридоре и, обняв за плечи, шутливо чмокнул в щеку.

– Вы не поверите, – прошептал он и быстро поцеловал ее в ушко.

Хелен попыталась вырваться и оказалась в его объятиях. Его глаза откровенно сказали ей, что бы он хотел услышать, но тут в коридоре раздались голоса, и они поспешно отпрянули друг от друга. Ланселот искрящимися весельем глазами посмотрел на нее и чинно предложил руку:

– Леди Хелен, позвольте проводить вас в зал.

– Сэр Ланселот, это честь для меня, – в тон ему ответила Хелен и, не выдержав, рассмеялась.

Хелен проснулась на следующее утро с ощущением счастья. Они с Ланселотом танцевали вчера допоздна, а потом он проводил ее до покоев и поцеловал, правда, в щеку.

– Доброе утро, леди Хелен, – поздоровалась Селина, и Хелен повернула к ней сияющее лицо.

– Доброе утро, Селина! – восторженно сказала она. Пятый век больше не казался ей мрачным и враждебным. Наоборот, в нем можно найти много приятного. Особенно если это приятное – мужественный прекрасный рыцарь, ухаживающий за тобой. Она с удовольствием потянулась.

– Сэр Ланселот уже присылал за вами слугу. Он приглашает вас на прогулку.

– В такую рань? – Хелен вскочила и, наскоро умывшись, поспешно надела первое попавшееся платье. Селина, улыбаясь, спросила:

– А вам очень нравится сэр Ланселот, правда, леди Хелен?

Хелен счастливо взглянула на нее и выбежала из комнаты.

Все утро они с Ланселотом катались на лошадях. Ей иногда приходило в голову, что она поступает неразумно, ведь ей не следовало заводить здесь близких отношений. Но стоило ей взглянуть на Ланселота и увидеть его счастливые глаза, и она тут же забывала, где находится. Он рассказывал ей о своем королевстве и о рыцарях, но о сражениях, как она его ни просила, он говорить не захотел. Вместо этого стал расспрашивать ее о будущем. Хелен тоже заупрямилась, отчего Ланселот пообещал перекинуть ее через седло и отшлепать. Она, смеясь, ускакала от него, а он попытался ее догнать. Оба они не замечали, что за ними напряженно следит пара холодных голубых глаз.

После обеда Ланселот повез Хелен показывать город, и она восторженно носилась в лавках, выбирая себе ткани на платья, забыв, что, возможно, они ей и не понадобятся. Вместе с ними ходил и Тристан, который просил совета у Хелен, что подарить девушке, и Персиваль, который смеялся и говорил ему, что его девушка уже успела его разлюбить: так много времени он проводит в походах с Ланселотом. Они подтрунивали друг над другом, а Хелен и Ланселот лишь с улыбкой переглядывались. Так непривычно было смотреть на других спорящих, ведь обычно это была их прерогатива.