Читаем Ланселот, мой рыцарь полностью

Хелен полагала, что они уедут из Камелота в тот же день, но Ланселот все не присылал за ней. Стало ясно, что сегодня они останутся здесь. Теперь нужно удержаться от ссор с королем и королевой. Ведь сейчас они не будут рады ни ей, ни Ланселоту. Артур хоть и принес извинения, не сможет так быстро забыть ту грязную ложь. Червячок сомнения все еще будет бередить ему душу, и Хелен должна сделать все от нее зависящее, чтобы Артур ни на минуту не усомнился в честности Ланселота.

Селина красиво причесала ее, и Хелен надела к ужину свое коронное красное платье.

За ужином их посадили подальше от Артура, но все же спустить их вниз король не посмел. Просто рядом с ним сегодня сидел не Ланселот, а Гавейн. А Хелен и вовсе досталось место с краю стола. Но она была рада этому, так как сюда не доносились язвительные смешки королевы, на удивление быстро пришедшей в себя после похищения и обвинения в прелюбодеянии.

Но Хелен было не до королевы. Она удивлялась произошедшим с Ланселотом переменам. Обычно мрачный и даже злой, вечно насмехающийся над ней, после того, как он признал ее правоту у ручья, Ланселот перестал говорить ей гадости. Он даже не рассердился на нее, когда она вмешалась в его разговор с королевой на обратном пути. Не сказал, что она сует нос не в свое дело, когда она буквально заставила его побриться. И сейчас он был с ней весьма любезен и галантен. За нижним столом на расстоянии руки от нее сидели Персиваль с Тристаном, так что собеседников у Хелен сегодня хватало. Они рассказывали ей истории, шутили и смеялись, будто ничего не произошло, а когда объявили танцы, Ланселот пригласил ее.

– Вы уже научили всех рыцарей вашему новому танцу, леди Хелен. Остался только я, – сказал он, и она с удовольствием принялась его учить.

Музыканты не забыли мелодию и тотчас же принялись наигрывать ее. Вокруг них закружились пары.

– А вы неплохо танцуете, – сказала Хелен, чтобы скрыть смущение. Ведь вальс – это такой танец, где партнеры обнимают друг друга, а она слишком хорошо помнила его объятия.

– У меня хороший учитель, – ответил Ланселот, сильнее прижимая ее к себе. – Не хотите подышать свежим воздухом после танца?

– Да, конечно, – пробормотала Хелен, чувствуя, как уши начинают гореть.

В двадцатом веке, кто бы ни говорил ей комплименты, с кем бы она ни встречалась и ни танцевала, она никогда не краснела. Да она не краснела, даже когда ей было стыдно! А здесь, похоже, это становится нормой для нее. Хелен поспешно отвела взгляд и стала смотреть на других танцующих.

После танца Ланселот действительно повел ее на открытый балкон-террасу, причем как раз на тот, откуда она наблюдала за его тренировками. Хелен покраснела еще больше, вспомнив, как шпионила за ним. Хорошо, что темнота скрыла яркую краску на ее щеках.

– Не хочу сегодня говорить о том, откуда вы знаете все, что происходит с нами, – сказал он полушепотом, склоняясь над ней, отчего Хелен шарахнулась в сторону.

– И о чем же вы хотите поговорить? – слегка дрожащим голосом осведомилась она.

– Ну, может, я захочу узнать, почему, когда вы на меня смотрите, мне хочется одновременно наорать на вас и обнять вас?

Хелен отошла от него еще дальше, но Ланселот не стал приближаться к ней. Он подошел к краю балкона и посмотрел вдаль.

– Ну, что ж, не говорите, я и без вас знаю ответ на этот вопрос, – сказал он, отвернувшись от нее. – Сейчас меня интересует другое. Что будет дальше?

Хелен немного успокоилась. Он весь ужин соблазнял ее взглядами, улыбками, и теперь она боялась, что он перейдет в более основательное наступление, а она не знала, сумеет ли устоять перед ним.

– Я не знаю, – сказала Хелен. – Думаю, мы сумели немного изменить историю. Если бы все пошло как раньше, то вас с королевой уже судили бы и заперли в темнице.

– Но почему Артур посчитал, будто мы с Гвиниверой… были вместе?

– Думаю, ему кто-то донес. И нам нужно узнать, кто это был. В легенде это тот же самый человек, который потом захочет захватить трон Артура.

– Вы сказали, что это был его племянник. Но у Артура нет племянников.

– У него нет ни сестер, ни братьев?

– Есть сестра, но она не замужем и никогда не была. У нее нет детей.

Хелен задумалась. По другой версии легенды, у Артура был сын, о существовании которого он даже не подозревал. И этот сын был как раз от его сестры. Хотя, опять же по легенде, Артур не знал, что девушка, с которой он провел ночь, была его сестрой. Хелен заколебалась, выдавать ли Ланселоту столь шокирующую версию, и не решилась.

– А у него нет каких-нибудь внебрачных сыновей? – уклончиво спросила она. – Может, он встречался в молодости с кем-то, и девушка утаила от него факт рождения сына?

– Ну, леди Хелен, ваша фантазия снова работает, – недоверчиво усмехнулся Ланселот. – Даже если и так, то как мы узнаем о существовании этого самого сына?

– Да, вы правы, – признала Хелен. – Тогда нам нужно приглядеться ко всем при дворе Артура, кто может управлять его армией. Или у этого человека была своя армия. Или за ним могли пойти враги Артура и предоставить ему армию. Я запуталась, – сказала она наконец.