Читаем Ла Элиза полностью

В этих слезах было все – радость Хейли, которая устроила прогулку. Элиза еще помнила улыбку подруги от предстоящей экскурсии по морю. Хейли была счастлива! Но уже погибла! Теперь она мертва. Элиза не хотела плыть на проклятой яхте, но оказалась жива. Девушка стала всхлипывать еще сильнее. Она уперлась руками в песок, смотрела на белый кусок обшивки, ей хотелось рычать, рыдать в голос и кричать, взывая к богу. Какая несправедливость!

Она разревелась, наваливаясь на обшивку, касаясь ее лбом, почти захлебываясь соленой водой.

– Элизабет… – Кристиан привлек ее к своей груди, пытаясь ногой отодвинуть кусок пластика.

Он нашел ее. Хотел сказать о том, что на острове нет места брезгливости, должны быть только взаимопомощь и взаимная поддержка. Но когда увидел, что голова Элизы опущена, концы светлых волос погружены в воду, а плечи содрогаются, он забыл, зачем сюда шел. Недовольство исчезло, осталось только понимание того, что он должен перестать воевать с этой девушкой. Она слишком маленькая и хрупкая. Ее хочется прижать к себе и утешать.

– Рано или поздно мы вернемся домой.

К его удивлению, Элиза уткнулась в его шею, смачивая кожу Кристиана своими слезами. Она всхлипывала так горько, что мужчина еще сильнее прижал ее к груди.

Очутившись в его руках, Элизе захотелось быть слабой. Как хорошо уткнуться в его шею и реветь, слышать слова утешения о том, что скоро все закончится и они вернутся домой.

Она переступила собственные принципы, откинула свои правила, сбросила на время маску, оставаясь перед Крисом с практически обнаженной душой, чувствительной и ранимой, показывая страхи и слабости. Но сейчас можно, это просто форс-мажор, чуть позже она снова станет сильной и будет выживать на необитаемом острове.

– Я обещаю, что позабочусь о тебе, пока мы здесь, – прошептал Кристиан, крепко обнимая девушку обеими руками.

Он бы добавил, что они скоро покинут остров, но врать не хотелось.

– Я подумала о Хейли. – Элизабет глубоко и судорожно вздохнула. – Жизнь несправедлива. Почему смерть выбрала ее? Она была так молода.

Крис старался не думать о смерти Диего, все эти дни гнал такие мысли прочь. Не верилось, что друг погиб. Невозможно представить такой трагический исход. Он слишком сильный и выносливый. Наверное, доплыл до материка и дает показания в полиции. Хотелось бы верить, но, увы, Кристиан сразу же оценил тот взрыв – он был очень мощный.

Но все грустные думы улетучились, как только Элизабет прижалась к нему и коснулась губами его шеи. Это получилось случайно, и Крис затаил дыхание, а вот дыхание девушки, напротив, было учащенным.

Она до сих пор не могла прийти в себя и горевала, а он, мерзавец, думал о ее губах. Элизабет еще ребенок! Ей нужны поддержка и дружба, а не возбужденный мужчина, который даже дышать не может от ее близости.

Кристиан нашел в себе силы и разорвал объятия, отстраняясь и протягивая ей руку.

– Так или иначе, но нам надо выживать, поэтому для начала научимся жить друг с другом без ссор и споров.

Она схватилась за его руку и встала на ноги. Девушка не смотрела на Криса, ее плечи поникли, но она кивнула, тыльной стороной ладони вытирая слезы.

Она оплакивала свою подругу, а он мечтал о ее губах! Кристиан мысленно выругался и направился к лесу. Лучше выкапывать червей. А лучше – ими обвеситься, чтобы у Элизабет не было желания его обнимать.

Целый день они провели на берегу, часто смотрели на море в надежде, что заметят катер или яхту, и тогда их, конечно, спасут. К сожалению, никто так и не появился.

На обед они ели рыбу, завернутую в банановую кожуру и поджаренную на углях, и эта еда показалась им самой вкусной на свете.

– «Хайят»… Так называлась твоя яхта. Что это означает? – Элиза отправила в рот кусочек и в ожидании ответа взглянула на Криса.

– Жизнь – на арабском.

Кристиан немногословен. Он отвечал на ее вопросы, но делал это кратко. Элизе на какой-то момент показалось, что он раздражен сегодня с самого утра. И наверняка объект раздражения – она. Больше просто некому. Она, ее слезы и ее слабость.

– Ты сказал, что родился в Дубае. Яхта была куплена там?

– Ее мне подарил муж моей сестры за то, что я однажды его выручил, – усмехнулся Кристиан.

Вспомнилось, как обманным путем он выманил сестру на остров Олдерни и выдал ее Саиду. Крис обожал родную сестру и верил человеку, который души не чаял в Вирджинии и ради нее бросил любимое дело. И пошел против семьи.

Кристиан вздохнул и ткнул палкой остывающие угли. Любовь Вирджинии и Саида не имеет ничего общего с тем, что он испытывал к Лусии. И вообще, любил ли он ее? Разумеется, но не так, чтобы отказаться от дела жизни и пойти наперекор семье.

– У арабов так принято: они в долгу не остаются, поэтому в благодарность дарят подарки.

– Яхта – дорогой подарок.

– Я не мог отказаться, арабы не выносят отказы, это их обижает.

– Твоя сестра вышла за него замуж?

– И стала мусульманкой.

– Какой ужас, – пожала плечами Элиза. – Разве можно так кардинально поменять то, что было у тебя с рождения?