Читаем Ла Элиза полностью

Он убрал руку, взглянул на девушку, которая тотчас замахнулась палкой, и закатил глаза. Стерва! Она решила, что он домогается ее. Глупая. Такое даже не приходило ему в голову. Боль в паху еще давала о себе знать: он вообще не станет смотреть в ее сторону:

– Если ты думаешь, что интересуешь меня как женщина, то жестоко ошибаешься, – заявил он с ненавистью и прищурился. – Даже если мы останемся здесь, на этом острове вдвоем на всю жизнь, я не дотронусь до тебя. Ты не в моем вкусе.

Услышав это, Элиза опустила палку. Она – не в его вкусе, и оружие уже не понадобится, но почему-то его слова вызвали злость и желание отдубасить его как следует.

Кристиан встал, схватил старый рваный рюкзак, который Элиза нашла в землянке, и пошел вперед. Он не обратил внимания на то, что девушка преградила ему путь. Молча обошел ее и зашагал дальше.

Элиза поплелась следом, все еще держа палку в руке. На тот случай, если вдруг он передумает насчет своего вкуса.

Она думала о том, что ее еще никто так не унижал! Неужели она настолько омерзительно выглядит, что Кристиан не может смотреть в ее сторону?

Стоило бы облегченно выдохнуть, успокоиться, но, кроме возмущения, которое закипало внутри, она ничего не ощущала. А его фразы заставили ее вспомнить о своей внешности. В кого она превратилась? Непричесанная, без макияжа… Скорее всего, Кристиан прав – к такой не хочется прикасаться. Что радует.

Когда они достигли берега, то долго шли по песчаной отмели вдоль моря. Элиза забегала в воду и пыталась посмотреть на свое отражение. Но, увы, волны ей мешали, наверное, чтобы она не расстраивалась. Смотреть там было не на что.

Кристиан продолжал молчать, чем раздражал ее. Даже сильнее, чем обычно.

Они добрались до каменистого берега, где сложно было идти: песка мало, а камни покрывали мелкие ракушки.

– Что мы здесь делаем? – непонимающе спросила Элиза, нарушив тишину.

– Живем и изучаем местность. И еще рыбачим. – Кристиан достал железную лопатку из рюкзака и кинул Элизе под ноги. – Копай.

Машинально она схватила лопатку и воткнула в землю. Начала копать и замерла. Зачем она копает? Вернее, что она копает? Не себе ли могилу? Может, в качестве мести за тот удар Кристиан привел ее на берег, чтобы убить и закопать? А что! Очень удачно! Потом скажет, что она утонула после взрыва яхты. Отличное сокрытие своего преступления.

Элизабет перевела взгляд на Криса: он сидел на корточках и уже достал из рюкзака леску и крючки. Потом встал и направился в лес. Он был немногословен. Объявил бойкот. Пришлось кинуть лопату и бежать за ним следом:

– Может, объяснишь мне, какого черта я должна копать? Чего ты словно в рот воды набрал?

– А ты молчать не умеешь? – Он окинул ее взглядом и двинулся дальше.

Элиза наблюдала за тем, как он ломает длинную ветку, очищая ее от листьев.

– Я должна знать, зачем копаю!

– Попробуй догадаться.

Последние листья полетели на землю, и Кристиан выглядел довольным. Сейчас он прицепит к ветке леску с крючком и получится удочка. Хоть в чем-то ему повезло – будет легче ловить рыбу. А может, не повезло, вряд ли он съест столько рыбин…

– Я делаю удочку, ты ищешь наживку.

При слове «наживка» Элиза побледнела. Она представила себе мерзких дождевых червей, они склизкие и извиваются, как змеи. Какая гадость! Она не собиралась ковыряться в земле и доставать оттуда эту мерзость.

– Сам ищи, – буркнула она, развернулась и пошла в другую сторону.

Лучше бы Кристиан не поддерживал разговор и молчал.

Она побрела вдоль воды, в том направлении, откуда они пришли. В животе предательски заурчало, желудок напомнил о том, что Элиза еще не ела. Надо бы поискать финиковые деревья и перекусить.

Финиковые пальмы попадались часто. Элизабет собрала плоды, а потом села и, уставившись на море, поглощала завтрак. Разве она не может прожить одна? Да легко!

Ее взгляд привлек какой-то белый предмет, который волной вынесло на берег. Элиза вскочила, рассыпав финики, и направилась к воде. Это же обшивка яхты с мазком черной краски! Сразу вспомнилось название – «Хайят». Интересно, что оно значило?

Элиза вытащила кусок обшивки на песок и присела рядом, рукой проводя по рваным краям. Вот и все, что осталось от судна.

В памяти постепенно стирались моменты взрыва. Детали она уже не помнила: как оказалась на острове, как долго пребывала в воде. Но в голове иногда крутились обрывки воспоминаний о том, как тонула и уходила под воду. Ощущала крепкую хватку и боль в голове – ее кто-то тянул за волосы. Она не могла открыть глаза, невозможно было дышать, сознание покидало ее, тьма окутывала, но кто-то усердно не давал бездне поглотить ее. Кто-то… Кристиан Фернандес – отличный соперник смерти.

Элиза ощутила спазм в груди, словно кто-то ногой с разбегу оставил грубую отметину. Спазм – это комок слез, которые потоком полились из глаз. Она одна сидела на берегу необитаемого острова, ее колени омывались соленой водой, тут же лежал обрывок обшивки от шикарной яхты, а она никак не могла остановиться и плакала, плакала…