Существует версия, что на этом месте строительные работы велись для ставки Сталина, но от этой идеи отказались из-за того, что коренные породы залежей гранита здесь «фонили». Похоже, версии о разрушительном радиационном воздействии на здоровье Гитлера придерживался и немецкий писатель и журналист Иоахим Фест. В трехтомном издании «Гитлер. Биография» Фест писал: «…По возвращении из ставки Гитлер сразу постарел на пятнадцать лет. После поражения под Сталинградом через день принимает успокоительное. Теперь он не переносит яркого света и по этой причине хотел пошить себе для пребывания вне помещений фуражку с большим козырьком, часто жалуется на потерю равновесия».

Вот и все, что можно сказать о судьбе бункера фюрера «Вервольф» под селом Стрижавка, которое теперь стало поселком городского типа…

Холуи на службе у нацистов

Ведь вы лизали немцам башмаки,

Орали «Хайль» осипшими басами,

Ревели «Ще не вмерла» от тоски.

Где вы прошли — пустыни и руины,

Для трупов не хватало больше ям.

Плевала кровью «Ненька Украина»

В хозяев ваших, прямо в хари вам…

Несмотря на революцию в Германии 1918 года, поражение в Первой мировой войне и последовавшие за ней потрясения, спецслужбы этой страны старались не прерывать своих контактов с украинскими националистами, особенно с теми, кто тесно сотрудничал с немцами в годы Гражданской войны. С другими группами националистов, с которыми ранее не имели оперативных контактов, они стремились установить деловые отношения и таким образом приблизить их к себе для дальнейшего использования в своих целях.

Примером может служить попытка еще в 1925 году привлечь на свою сторону петлюровского полковника Евгения (Евгена) Коновальца, но времена Веймарской республики не способствовали развитию подобных отношений с незнакомым ранее националистом. Его звезда загорелась только с приходом в 1933 году к власти Гитлера, готовившего планы агрессии в Восточном направлении — против Польши и Советского Союза.

Именно в это время абвер получил задание от командования вермахта предоставить как можно больше сведений о Войске Польском и Красной армии СССР как вероятных в скором времени противниках Третьего рейха. Для сбора этих сведений, а также для создания диверсионно-террористических групп и отрядов, которые действовали бы в случае войны, было решено среди прочих слоев населения Украины привлечь украинских националистов. Их основной родиной была Галичина. И все же не всех абвер «окучивал» — подходил с осторожностью к выбору кандидатов для «мокрых» дел: браковал бывших офицеров армии Симона Петлюры, которые служили в польской армии и спецслужбах; с прохладцей относился к группам, близким в прошлом к гетману Скоропадскому. Интерес к нему и его людям угас после непродолжительных переговоров с ним в Берлине, где он за свои услуги потребовал большие «гонорары».

До середины 1930-х годов был не в чести и полковник Евгений Коновалец. Только в 1937 году после встречи, состоявшейся на квартире австрийского генерала в отставке и ярого украинского националиста Виктора Курмановича, стороны нашли полное взаимопонимание. Юридически был закреплен союз на совещании в местечке Белладжио — коммуне в Италии в районе Ломбардия, подчиненной административному центру Комо. Представитель абвера и Коновалец, прохаживаясь по тропинке юго-западной оконечности озера Комо, были удовлетворены подписанием соглашения: от немцев — деньги, от группы Коновальца — агентурная информация и задокументированные диверсии на территории Польши и Советского Союза.

Но судьба полковнику Коновальцу, так хотевшему при жизни стать генералом-хорунжим, напророчила после этого совещания неполный год пребывания на бренной земле. 23 мая 1938 года крупнейшая фигура украинского национализма, командир Сечевых стрельцов, создатель Украинской войсковой организации (УВО)* и ОУН* был ликвидирован тогда еще молодым чекистом Павлом Судоплатовым в ресторане на улице Коолсингел вблизи отеля «Атланта» в городе Роттердаме (Нидерланды).

Конфетная коробка с вмонтированным взрывным устройством взорвалась сразу же после того, как Коновалец попытался ее открыть.