Читаем Кузнец полностью

Ее юбки шуршали по каменному полу, когда Бренна суетилась позади. Шателен недовольно пробормотала о том, как опаздывает Эйслинн, и как это будет выглядеть, пытаясь воткнуть ненужные жемчужные шпильки в незамысловатую косу Эйслинн.

Остановившись перед арочным дверным проемом зала совета, окруженным с обеих сторон охранниками, Эйслинн прикусила щеку и напомнила себе проявить понимание. Бренна воспользовалась моментом, чтобы повязать шелковую ленту вокруг талии, как будто это могло скрыть простоту сегодняшнего платья.

— Оставь это, Бренна, — сказала она с уставшим видом. — То, что я ношу, для них не имеет большого значения.

Бренна нахмурилась в ответ, на ее лице появилось знакомое выражение неодобрения.

— То, что носит будущий сеньор Дарроу, имеет большое значение. Особенно сейчас.

Теперь, когда Эйслинн была наследницей, она это имела в виду.

— Когда вы закончите здесь, нам еще предстоит посетить завтрашний банкет и дневные развлечения. Эрл Старли и леди Лизбет попросили предоставить им разные комнаты на ночь.

— Предоставь им разные комнаты, — пробормотала Эйслинн себе под нос.

Бренна недовольно фыркнула.

Когда охранник открыл перед ней дверь комнаты, Эйлинн шагнула вперед, оставив Бренну позади, и проскользнула на совещание, которое уже шло полным ходом.

Словесная перепалка вассалов, перебивающих друг друга, не смолкала, но стихла, когда она посмотрела на тридцать вассалов и йоменов Дарроуленда. Мать подготовила ее к таким моментам, и, даже если внезапное внимание и тот факт, что она опоздала, раздражали ее, как грубая шерсть, она хорошо помнила уроки матери. Эйслинн высоко подняла голову и скользнула через зал, заняв место справа от отца.

— Никогда не спеши. Войди в комнату, как будто она твоя.

Поэтому она не торопилась и не стала извиняться, просто положила блокнот на стол и открыла его на чистой странице, чтобы начать новый набросок своего последнего дизайна.

Однако она заметила, как отец бросил на нее веселый, хотя и раздраженный взгляд — тот, с которым Эйслинн была слишком хорошо знакома. Скромно склонив голову, она подмигнула ему в ответ.

Собрание вокруг них возобновилось, маркграф Краван продолжил свои жалобы по поводу сборов с предстоящего урожая в этом году. Казалось, что проводить сезонные встречи с вассалами и йоменами, чтобы выслушать их жалобы на слишком высокие налоги, было освященной веками традицией. Эйслинн не могла припомнить времени, когда ее отец сам не жаловался за ужином на долги перед короной и недовольство, которое он выслушивал из-за этого от землевладельцев.

Тем не менее, как он всегда подчеркивал Эйслинн и Джерроду, когда тот еще был в Дундуране, выслушивать их жалобы — обязанность сеньора. Сеньоры Эйреана правили своими владениями на благо всех — знати, ремесленников и торговцев, фермеров.

— Это система из многих частей, — он любил говорить, — и каждая часть должна работать вместе с другими, чтобы быть наиболее эффективной».

Джеррод всегда закатывал глаза, но Эйслинн находила утешение в знакомой метафоре. Это было то, что ее логический ум мог постичь, и она никогда не уставала от острот отца. Ей нравилось напоминание о том, что их семья была частью единого целого, их роль заключалась в поддержании бесперебойной работы системы.

Неприятно знакомый спазм в животе сопровождал мысль о том, что однажды она станет сеньором Дарроу. За последние десятилетия эйреанская знать начала придерживаться более пирросского стиля наследования, от отца к старшему сыну, благодаря королю Мариусу, наполовину пирросси, и его кузенам-пирросси, которые теперь доминировали при дворе в столице Глинны. Имея, пусть и младшего, брата, Эйслинн всю свою жизнь предполагала, что бремя ответственности никогда не ляжет на ее плечи, даже если она все равно выполняла многие обязанности в отсутствие Джеррода.

Единственной новой ответственностью, которая ей по-настоящему нравилась, была задача, которую совсем недавно поставил перед ней отец: объединить всех иных людей, которые собирались поселиться в Дарроуленде. Когда-то, более пятидесяти лет назад, нелюди были обычным явлением в человеческих королевствах Каледон, Эйреан и Пиррос. Однако большинство бежало во время войн за престолонаследие, когда королевская семья Эйреан раскололась и многих унесло течением в попытке уничтожить друг друга. После десятилетий борьбы раскол был устранен только союзом дальних кузенов, наполовину пирросского принца Мариуса и полноправной эйреанской принцессы Игрейны, ныне короля и королевы Эйреана. Однако, несмотря на тридцать лет относительного мира с момента их помолвки, иные народы до сих пор не вернулись в Эйреан в сколько-нибудь значимом количестве.