Читаем Кутузов полностью

У потомственных псковских дворян действительно на протяжении долгих веков был свой особый смысл жизни. После объединения восточных славян в единое государство, Киевскую Русь, Псков стал одной из главных крепостей на западном рубеже страны. И хотя при начале феодальной раздробленности Псков входил в состав Новгородской вечевой республики, которая посылала в Псков своих бояр на должность посадников, в городе было и собственное вече. Новгород позволял псковичам самостоятельно решать вопросы обороны, расширять собственную крепость, иметь собственные пригороды. Нашествие немецких крестоносцев в XIII веке было тяжелым испытанием для всей Руси. К тому времени рыцари-тевтоны завоевали Прибалтику и готовились к захвату русских земель. Время для этого было подходящим: на востоке полчища татар разрушали города, превращая в прах целые княжества. Лишь небольшая часть русской земли вокруг Новгорода, Пскова, Полоцка и Смоленска оставалась свободной. Объявив крестовый поход на Русь, рыцари в 1240 году в очередной раз подступили к Пскову. Целую неделю они штурмовали город, выжгли окрестности, но псковичи отбили все приступы, и только предательство одного из бояр позволило крестоносцам ворваться в крепость. Однако многие псковичи бежали в войско Александра Невского. Князь Александр Ярославич неожиданно появился со своими отрядами под Псковом, освободив город «изгоном». Псковские отряды участвовали и в знаменитом Ледовом побоище, где немецкие рыцари были наголову разгромлены, однако и на этом противостояние не закончилось Согласно сведениям «Общего гербовника», именно в это время появился на Руси предок Кутузова. Этот род принадлежит к одному из древнейших дворянских родов России. Он происходил от «мужа честна Гавриила», выехавшего к князю Александру Невскому «из Прус». Один из первых биографов М. И. Кутузова Ф. Синельников в 1814 году сообщал: «Гавриил помещен был в число воевод и бояр <…> и участвовал с ним (с Александром Невским) в знаменитой победе, которая <…> одержана была им над шведами неподалеку от речки Ижоры». На основании этого факта возникло предание, будто великий русский полководец имел общего предка с великим русским поэтом А. С. Пушкиным. В этой версии слились в одно лицо вышеупомянутый «честный муж Гавриил», прародитель М. И. Кутузова, и герой Невской битвы Гаврила Олексич, также входивший в число соратников Александра Невского. Вычертив и сопоставив схемы первых семи колен основоположников родов Голенищевых-Кутузовых и Пушкиных, исследователь Ю. Н. Гуляев доказал, что в лице двух Гавриилов мы имеем совершенно разных людей, не состоявших друг с другом в родстве. Он же обнаружил в архивных документах подробности о том, что первоначально «честного мужа» звали «именем Гатуша», а имя Гавриил он получил «во святом крещении»³. Из Пруссии же он въехал в 1263 году, избегая раздоров и несогласий, рождавшихся в то время от крестоносцев, возвращавшихся из Иерусалима. Как бы то ни было, Гавриил прибыл в русские земли не один. Согласно разысканиям историков, в том году «убит в Литве Миндовг, великий князь Литовский, по сказанию Длугоша племянником своим Тройнатом, а по Воскресенской летописи — Герденом, а по Псковской — Домантом (Довмонтом). От сего произошли междуусобия в Литве. Миндовгов сын Войшелк мстил за смерть отца побиением весьма многих, и литовцы разбегались из отечества в разные стороны». Причем именно в том году Святослав Ярославич, княживший в Пскове, принял в подданство 300 литовских семей и крестил их. Не среди них ли был предок Михаила Илларионовича? Впрочем, Ф. Синельников уточнял, что «род Кутузовых происходил от славяноруссов, обитавших по ту сторону реки Висла, где сейчас Пруссия». В 1266 году Довмонт был «принят князем во Пскове»; при нем была основана первая во Пскове каменная крепость ниже собора, «названная Довмонтовой стеной». Чего только не случилось за годы его правления! В тот же самый год Довмонт «ходил со псковичами на Литву». В 1268 году князь создал церковь Святого Мученика Тимофея Газского, имя которого он получил в крещении. В знаменитом походе 1268 года псковский отряд в составе большого войска выступил к городу Раковору. Командовал объединенными русскими силами сын Александра Невского — Дмитрий (вероятно, и здесь не обошлось без предков М. И. Кутузова). Под Раковором рыцари потерпели поражение, и только темнота ночи спасла их войско от полного уничтожения. В 1269 году опять «напали нечаянно лифляндские рыцари на Псковскую область, выжгли сперва Изборск, а потом и около Пскова посад, стояли 10 дней и потом перемирие заключили», и князь Довмонт «создал церковь во имя Великомученика Георгия». В 1272 году, однако, «напали рыцари, в числе 18000, пришедшие сухим путем и водою, под предводительством орденмейстера Оттона фон Роденштейна открытою войною на Псковские области, но прогнаны. Они возвратились ко Пскову с большею силою и вторично разбиты и преследованы Довмонтом в их владения. <..> Князь Довмонт построил церковь Святого Феодора Стратилата». Довмонт княжил в Пскове до конца XIII века, при нем Псков стал независимым от Новгорода, а вместо деревянных стен были возведены каменные. Псковские каменщики всегда славились на Руси особо. В городе среди других ремесленников они занимали особое место: их по праву называли «мужами», как и воинов, потому что от них в неменьшей степени зависела безопасность западных рубежей. Чем труднее становилось положение Псковской земли, тем больше надежд возлагали псковичи на Москву. Они откликнулись на зов князя Дмитрия Ивановича (Донского), собиравшего войско против татар, и направили свои отряды в Коломну. «Ходили псковичи с князем своим Андреем Олгердовичем в помощь великому князю Дмитрию Ивановичу на татар к Дону». В Куликовской битве они дрались на правом фланге и стойко выдержали натиск татарской конницы. Выбирая между Новгородом и Москвой, Псков стал на сторону последней, тем более что с новгородцами возникало немало недоразумений. Так, в 1392 году «новгородцы и псковичи порознь заключили мир с лифляндцами, а между собою были в ссоре». В том же году «по явлению иконы Успения Богородицы в погосте Михайлове Холмского уезда во имя ее основана церковь на самом месте ее явления».