Читаем Куртизанки полностью

Гревилль положительно относился к возрастающему сближению дяди с Эмили. Это к тому же улучшало его с ним отношения и давало надежды на будущее. Обдумав заранее все ходы, Гревилль как-то откровенно поговорил с дядей о своем тяжелом материальном положении. Сэр Вильям помог. Но не бескорыстно. Одновременно он, в свою очередь, сделал предложение: чтобы как следует поправить бюджет племянника, он должен увезти с собой «прекрасную подавальщицу чая из Иджвар Роу». И племянник смог убедить свою любовницу отправиться в путешествие в Италию. Вскоре после этого сэр Вильям нашел возможность и со своей стороны убедить Эмили принять его план. Он сказал ей, что она будет брать уроки пения у знаменитейших итальянских мастеров, а потом, конечно, станет самой прославленной певицей своего времени. Однако все это будет возможно только в том случае, если она решится на временную разлуку с Гревиллем. «Дорогой Гревилль,– прибавил дядя,– по истечении года сможет забрать тебя обратно». Эмили уже была заинтересована этим проектом. Она сердечно благодарила великодушного дядю.

При этом у нее не возникло даже малейшего подозрения, что Гревилль с радостью согласился с этим планом дяди, чтобы постепенно совсем избавиться от нее и передать в другие руки. А потом он избавится от многих своих забот, так как однажды состояние сэра Вильяма перейдет к нему...

Так дядя и племянник в тайном согласии решили судьбу Эмили. Через некоторое время план был приведен в жизнь. Сэр Вильям возвратился в Неаполь и дал согласие, что мать Эмили будет сопровождать ее. Обе они покинули Лондон 14 марта 1786 г. и в дилижансе через Германию отправились в Италию.

Прекрасная Эмили покинула Лондон в качестве любовницы Гревилля, чтобы стать любовницей сэра Вильяма. Гревилль методично следовал разработанному плану. Он замкнулся в абсолютном молчании, которое не могли пробить даже самые нежные любовные письма Эмили...

Через четыре дня после прибытия в Неаполь у нее закрались первые подозрения. И она написала Гревиллю: «Сегодня утром у меня состоялся разговор с сэром Вильямом, который меня очень опечалил. Гревилль, мой дорогой Гревилль, напиши же мне что-нибудь любовное».

Но от Гревилля ничего не было. А между тем сэр Вильям начал приучать ее к великосветским манерам. Со времени прибытия в Неаполь возлюбленная Гревилля должна была носить имя Эмма, а не Эмили.

Гамильтон был очарован умением Эммы вести себя, ее аристократическими талантами, ее умением приспосабливаться к совершенно новым условиям жизни. Их отношения развивались теперь в условиях великосветского этикета.

Постепенно Эмма прозрела. Ее недоверие росло. 1 августа 1786 г. она писала Гревиллю: «Я была бы значительно спокойней, если бы вернулась к тебе... Я никогда не буду его любовницей! А если ты оттолкнешь меня, я заставлю его жениться на мне!» Но и теперь Гревилль промолчал, и в ноябре 1786 г. Эмма стала любовницей сэра Вильяма.

Неаполитанское общество приняло красивую женщину с распростертыми объятиями. Только неаполитанский двор отказался принять ее. Королева Мария-Каролина, дочь Марии-Терезии, не собиралась признавать любовницу английского посла. Чтобы положить конец этому щекотливому положению, сэр Вильям решил жениться на Эмме. Это было как раз то, к чему она стремилась!

И в 1791 г. неравная чета совершила путешествие в Лондон, чтобы освятить свой брак на родине. 6 сентября 1791 г. в церкви св. Марии в Лондоне в присутствии многочисленных представителей английской знати произошло венчание. Эмма подписала брачный договор «Эми Лайон», в то время как в объявлении о брачной церемонии была указана «мисс Эмма Харт». Что же, теперь она стала супругой английского посла сэра Вильяма Гамильтона и в качестве таковой имела право на все знаки почтения, принятые в обществе.

Сразу после церемонии сэр Вильям получил аудиенцию у английского короля. Король сказал: «Мне сообщили, что вы собираетесь жениться, но я надеюсь, что это неправда». «Ваше Величество,– возразил Гамильтон,– я уже обручился с мисс Эммой Харт». Королева также отклонила представление леди Гамильтон.

Однако чтобы не возвращаться в Неаполь не будучи признанной европейскими дворами, интриганка Эмма воспользовалась таким трюком. Она заставила сэра Вильяма отправиться в Париж и получить для нее аудиенцию у Марии-Антуанетты, сестры неаполитанской королевы. После этого все сословные препятствия были устранены.

Предприимчивость леди Гамильтон в сочетании с ее яркой красотой помогли растопить сердце королевы Марии-Каролины. Через короткое время она уже была с королевой в «доверительных» отношениях. Наконец-то ее честолюбивое стремление играть в обществе определенную роль было удовлетворено.