Читаем Куртизанки полностью

На одно из заседаний по этому поводу была также приглашена графиня фон Платен. Она достаточно ясно и со знанием дела изложила растерянным мужчинам свое мнение. По ее совету все заговорщики были тотчас арестованы. В глубине души графиня ликовала. Она знала, что герцогиня глубоко задета происходящим. В этом тяжелом конфликте не могло помочь даже свойственное ей всегдашнее мужество рода Стюартов. Учитывая тот факт, что и она высказывалась против этого закона, повелитель не обошел гневом собственную супругу. Он был глубоко уязвлен оскорблением, которое нанес ему собственный сын. Поэтому был беспощаден, и это дело разбирал сам и не слушал никаких советов своих министров.

Главный зачинщик – обергермейстер фон Мольтке – был приговорен к смертной казни. Остальные заговорщики получили различные сроки тюремного заключения. Глубокая, укоренившаяся неприязнь к герцогине надолго овладела повелителем. Она была надежно изолирована, и герцог не хотел ее видеть. Со своей стороны Элизабет делала все от нее зависящее, чтобы эти чувства у него не проходили.

Кенигсмарк возвратился в Ганновер. Он был достаточно умен, чтобы продолжить дружеские отношения с графиней. На самом деле ему было вполне достаточно мимолетного любовного эпизода. Он довольно часто тайно виделся с наследной принцессой. Элеонора фон дель Кнезебек следила, чтобы никто не увидел этого посетителя...

Между тем Эрнст-Август стал курфюрстом.

Это возвышение принесло Ганноверу много радостных дней. Несмотря на то, что София выступала во всем великолепии и роскоши, все взгляды как всегда были обращены на Платен. Мнение многочисленных гостей было единым: куртизанка была необыкновенной женщиной! На фоне многих красивых женщин этого блистательного двора она была самым заметным явлением...

Но и в суете этих дней графиня продолжала искать встречи с Кенигсмарком. Ведь она любила его. Эта любовь бушевала в ней как пожар. Она чувствовала, что никогда не сможет забыть генерала. Кем для нее теперь был курфюрст, что он мог значить в ее жизни?! Он дал ей все, что она хотела. Теперь он стал толстым, его лицо, по-прежнему приятное и еще красивое, становилось дряблым. Он начал прихварывать. И графиня должна была принимать во внимание его состояние, а это ей совершенно не подходило! Ей приходилось собирать всю свою выдержку во время любовных свиданий, чтобы вести себя как ни в чем не бывало. И пока ей это удавалось. Ведь он был ее покровителем. И она ни в коем случае не должна была его потерять. Она уже получила все возможные привилегии, которые он мог ей дать. Покровительство Эрнста-Августа позволило ей удовлетворить свое непомерное честолюбие. Почему же оставалась эта смертельная тоска у нее в душе?..

В течение многих месяцев графиня пристально наблюдала за ничего не подозревавшей наследной принцессой. Она знала о том, что Кенигсмарк посещает ее. Она мельком предупредила наследного принца, да, всего лишь намекнула. Ведь она только выполняла свой долг... Ведь она не хотела скандала... Георг-Людвиг, благодарный ей за Генриетту и Мелузину, все тотчас понял. Графиня была довольна. Георг-Людвиг ненавидел свою супругу. Он был целиком предан Мелузине.

Теперь у графини Платен было много забот. Она даже стала домоседкой. Ее маленький шпион ежедневно доставлял ей все новые сведения. Он должен был выкрадывать письма в покоях Софьи-Доротеи, и это ему удавалось. В этих письмах, написанных рукой Кенигсмарка. содержался такой важный материал, что можно было с уверенностью утверждать – теперь ее сопернице в левом крыле замка конец. Нужно было только дать плодам дозреть...

Софья-Доротея была уверена в своей любви к Кенигсмарку. Она не была достаточно изощренной интриганкой, чтобы долго хранить это в тайне. И она пренебрегла приличиями. В сопровождении своего любимого она отправилась в Целле. чтобы просить разрешения на развод с Георгом-Людвигом.

Однако герцог Георг-Вильгельм, предупрежденный Софией, уже встречал свою дочь. Не говоря ни слова, он отправил ее обратно в Ганновер. Наследная принцесса, пораженная до глубины души этим поступком отца, поняла, что теперь есть только один путь – бегство! Ведь она любила Кенигсмарка! И ее бегство будет той ничтожной жертвой, которую она готова принести...

Бегство было тщательно подготовлено ею, Кенигсмарком и Кнезебек. Они уточнили время и даже сигнал к побегу.