Читаем Куртизанки полностью

В ее саду в Сен-Жермене было найдено 2500 закопанных детских трупиков и неразвитых эмбрионов, а изъятого при обыске крысиного яда вполне хватило бы, чтобы отправить на тот свет добрую половину мужей, наскучивших своим женам. Однако не заурядные отравления смущали метра Ларейни и уж тем более не подпольные аборты. Особая деликатность процесса заключалась в том, что клиентками Монвуазен состояли особы с очень громкими именами. Ее услугами пользовались, например, герцогиня Орлеанская, герцогиня Бульонская и сама маркиза де Монтеспан, заступившая вместо постригшейся в монахини Лавальер.

Могущественная фаворитка, подарившая его величеству четырех детей, сама переживала теперь трудный момент «смены караула».

Последний раз палата собралась 21 июля 1682 г. после уже проведенных 210 заседаний и вынесла решение о судьбе 442 обвиняемых. Сам Людовик повелел, чтобы не было никаких скидок на личность, положение или пол.

Мадам Савиньи, питавшая большое пристрастие к таким театральным постановкам, уже летом 1676 г. присутствовала при казни маркизы де Бренвье, которая отравила отца и двух братьев, а также Бренвье, которая, как она пишет, отдала душу дьяволу. А дочь Монвуазен, Маргарита, еще больше рассказывала насчет делишек своей матери: каждый раз, когда Монтеспан что-то мучило и она опасалась потери монаршей милости, Монвуазен должна была принимать меры.

По ее указанию священник читал молитвы, а она в это время месила тесто из всевозможных ингредиентов, как, например, шпанские мушки, кровь летучих мышей и т. д., которое во время мессы подкладывалось под чашу и освящалось священником, а затем подмешивалось в пищу королю.

Монвуазен неоднократно носила маркизе любовный порошок в Сен-Жермен, Версаль или Кланьи, а также посылала его с камеристкой Монтеспан. Маргарита Монвуазен даже сама передавала ей такой порошок в церкви Августинцев на пути в Сен-Клу. Связь маркизы с колдунами началась одновременно с любовью к королю. В 1667 г. она познакомилась с магом Лесажем и священником Мариэттом. У алтаря в глубине небольшой каморки Мариэтт в монашеском облачении повторял магические заклинания. Лесаж пел католический гимн «Приди, творец», после чего монах читал Евангелие над головой Монтеспан, которая повторяла заклинание против Лавальер.

Маркиза также говорила: «Я молю о дружбе со мной короля и дофина; чтобы они приняли меня, а королева осталась бы бездетной; и чтобы король дал мне приют и довольствие; и чтобы все, о чем я их прошу, выполнялось. И чтобы мои родственники, мои приближенные и мои слуги были им по душе, чтобы наш повелитель любил их и оказывал им внимание. И очень прошу, чтобы меня допускали на заседания Государственного Совета, чтобы знать, о чем там идет речь; и чтобы дружба была крепче, чем когда бы то ни было, и король оставил бы Лавальер, не оказывал бы ей больше никакого внимания, изгнал королеву, а я заняла бы ее место и смогла бы выйти замуж за короля».

«Заклинаю, заклинаю, заклинаю!» – словно в горячке, твердила отвергнутая метресса заклинание любви:

«Заклинаю, чтобы Людовик соединился с Франсуазой так же, как соединены огонь, воздух и вода с землей, и чтобы помыслы Людовика направлялись к Франсуазе, как лучи солнца направляют свет мира и его добродетель; и чтобы он, Людовик, создал ее в своем воображении и взгляде так, как небо создано со звездами и дерево – со своими плодами.

И да витает высокий дух Людовика над духом Франсуазы, как вода над землею. И делайте так, чтобы упомянутый Людовик не имел бы желания есть, пить и радоваться без Франсуазы».

Второй раз в своей церкви Сен-Северен в Безене Мариэтт произносил заклинания Монтеспан о двух голубиных сердцах, разбитых во время мессы, на именах Людовика XIV и Луизы де Лавальер.

В начале 1668 г. Лесаж и Мариэтт даже прибыли ко двору в Сен-Жермен и занимались своим чародейством прямо в комнатах сестры Монтеспан. И в самом деле, в 1668 г. исполнилось ее самое заветное желание, она стала любовницей короля. Что лишний раз укрепило ее веру в колдовские чары...

Однако в том же году Лесаж и Мариэтт были заключены в Бастилию, потому что Монвуазен из зависти, что они к заклинаниям для Монтеспан привлекли не ее, а одну из ее конкуренток, устроила грандиозный скандал. Однако дело прекратили, потому что Мариэтт мог назвать имя маркизы. Его изгнали, а Лесаж был сослан на галеры. Из его высказываний Ларейни стало ясно, что Маргарита говорила правду об отношениях маркизы с колдунами и Монвуазен. Далее протоколы допросов попали к королю, который приказал сжечь их в камине своей комнаты. Мы, к сожалению, можем руководствоваться не подлинником, а всего лишь заметками, сделанными главным следователем Ларейни, и сохранившимися фрагментами этих протоколов.

В 1672 г., как раз в то время, когда маркиза изводила всех своими невероятными капризами, как пишет Савиньи, она снова прибегла к демоническим средствам, обратившись на этот раз к семидесятилетнему аббату Гибуру, который стал читать для нее «черные мессы». Чтобы они подействовали, их надо было прочесть три раза одну за другой.