Читаем Купола российские. От веры до верности полностью

Один священнослужитель Русской Православной Церкви, живущий на Западной Украине, отец Михаил Жар, усыновил невероятное количество детей. У него уже было трое своих родных детей, когда они с супругой усыновили еще двоих. Потом еще двадцать семь. А затем в его паспорте просто закончились страницы. Следующих двести двадцать четыре он взял уже под опеку. Однажды он отпевал молодую женщину. Когда все разошлись, он увидел, что у могилы остались четверо мальчишек. Стоят, замерзшие, в резиновых сапожках на босу ногу, и никуда не идут. Мороз двадцать градусов. «Почему домой не идете?» – спросил батюшка. «Некуда нам идти: мама умерла». Конечно, взял их к себе. Потом усыновил безрукого мальчика, затем уже совсем безнадежно больных детишек. Его огромная семья постепенно переросла в семейный детский приют при монастыре. В декабре 2008 года отец Михаил Жар был удостоен звания Героя Украины за усыновление более чем четырехсот сирот с изъянами развития. Впоследствии отец Михаил принял монашество с именем Лонгин, в 2012 году стал епископом, а в 2020-м митрополитом Банченским, викарием Черновицкой епархии.

Я привел только один пример, но случаев, когда священники создавали огромные семьи, воспитывая родных и приемных детей, множество.

Скажите, пожалуйста, много вы знаете журналистов, охотнее всех других ругающих священство, которые усыновили хотя бы двух детей? Вопрос, как говорится, риторический.

Почему священство на такое способно? Потому что священник не живет для себя, он служит Богу и людям, живет для других, он вообще не принадлежит себе. Священство – это не работа, это образ жизни, пожизненное служение. Многодетный родитель не может жить для себя, а священник тем более. Для батюшки норма – быть настоятелем в нескольких храмах, параллельно восстанавливая их, служить почти без выходных и отпусков, приходить домой часов в одиннадцать вечера и тянуть еще несколько церковных послушаний. Один мой знакомый настоятель заложил собственную квартиру, чтобы начать восстанавливать храм.

Священник – это солдат, офицер Христовой армии. Для него, как для солдата, нормально встать в полпятого утра и поехать перед ранней службой причастить умирающего, а находясь в отпуске, услышать звонок от благочинного, что завтра нужно ехать на архиерейскую службу или на какое-нибудь церковное мероприятие и вернуться.

Расскажу одну историю про священника – доблестного ратника, священника-героя, в одиночку вступившего в бой не только с врагом рода человеческого, но и с вполне материальными врагами и убийцами. Это протоиерей Андрей Лазарев из города Кимры. Этот небольшой городок Тверской области в конце девяностых называли малой столицей российского наркобизнеса. Героин и другие тяжелые наркотики там стоили так дешево, что за ними приезжали даже из Москвы. Московская электричка носила местное название «Игла». Доза героина стоила, как два билета на дискотеку. Кимры стали городом живых мертвецов, количество наркоманов достигло невероятных размеров. Тысячи несчастных уже переселились на кладбище. Наркотой торговали цыгане и местный криминальный элемент при полном попустительстве кимрских властей. В 2004 году в городе на каждого одиннадцатиклассника приходился один наркокурьер.

Отец Андрей, у которого подрастали дети, не стал стоять в стороне. Он вступил в неравный бой с наркомафией и выиграл его. Этапы и перипетии этой многолетней войны следовало бы, наверное, увековечить в повести или романе, но я скажу совсем кратко. Батюшка начал с борьбы против наркоточек у своего дома и добился у властей их закрытия. Он ходил по всем инстанциям, стучался во все кабинеты и, не находя поддержки, отправился в Москву, где ему удалось выступить по одному из центральных каналов телевидения и привлечь внимание Генерального прокурора Устинова. Потом были другие выступления, крестные ходы и пикеты, лекции в школах и суды с местной властью. Священнику угрожали, с ним неоднократно судились, но он выстоял и победил. За десять лет ему удалось очистить город от наркомафии и наркотиков. При храме Вознесения Господня отец Андрей открыл Центр помощи наркозависимым «Радуга». А чтобы отвлечь молодежь от смертельно опасного увлечения, организовал школу армейского рукопашного боя. Да, иногда и один в поле воин, если он воин Христов!

Мы начали наш разговор с обсуждения сводок дорожных происшествий. Иногда в эти сводки попадают не только семейные священнослужители, но и монахи. А мне вспоминается монах (мы учились с ним в семинарии, но на разных курсах), совершивший поистине евангельский поступок. Он собирал деньги на операцию одному товарищу, но денег не хватало. Тогда он продал всё свое имущество: книги, вещи – буквально всё. В келье было пусто, даже спал он, кажется, на полу…